— Доктор, а у меня случаем не чахотка? — вдруг шёпотом спросил Гордеев. — А то мало ли… Может, меня правда изолировать надо.
Чахотка — это устаревшее название туберкулёза. Не думал, что кто-то до сих пор так говорит.
К сожалению, туберкулёз я тоже прямо сейчас не мог отрицать. Симптомы похожи и на него. Однако говорить это пациенту — не самая лучшая идея.
— Вряд ли, — спокойно ответил я. — А был контакт с больным туберкулёзом?
— Нет, — помотал он головой. — Волнуюсь просто.
Особое внимание при учёбе в медицинской академии уделяется общению с пациентами.
Для того, чтобы стать хорошим врачом, мало просто уметь диагностировать и лечить. Надо ещё и уметь успокоить, подбодрить пациента. А иногда, наоборот, чуть припугнуть. Особое искусство.
Этому я долго учился в прошлой жизни и в итоге научился выбирать технику общения с пациентом практически идеально.
— Не переживайте, вероятность такого исхода практически нулевая, — ответил я. — Скоро вас заберёт медсестра на анализы, пока отдыхайте.
Перед уходом я активировал свой пульмонологический аспект, чтобы немного снизить интенсивность симптомов.
Главный способ прокачки всех аспектов — это их использование. Но пока что толку от них мало, разве что кашель и одышка станут чуть менее интенсивными."
"Я занёс Ольге Петровне направления, на этот раз отдавая их лично в руки. Шуклина вообще не было видно, видимо, снова где-то в сестринской.
Как только я зашёл в ординаторскую, ко мне сразу подлетел Соколов.
— Константин, мне нужно извиниться, — торопливо проговорил он.
— Я вчера запугал вашего пациента. Надеялся, что вам из-за этого попадёт от Зубова. Мне очень стыдно, правда, стыдно!
Выкрикнул последнюю фразу он не мне, а куда-то в сторону. Забавно, наш с Клочком план сработал как надо.
Правда, сомневаюсь, что эффекта хватит надолго. Потом нужно будет придумать что-то новенькое.
— Неприятно, что ты так поступил, — пожал я плечами. — Надеюсь, больше такого не повторится.
— Я всё понял, — торопливо кивнул он. — Прости ещё раз.
Сказав это, Роман вылетел из ординаторской.
Порядок он всё-таки здесь навёл, причём очень даже неплохой. Решил на сделку с совестью пойти.
Убедившись, что больше вокруг никого нет, я подошёл к своей сумке.
— Ну что, как всё прошло? — шёпотом спросил я.
— Отлично, хозяин, — донёсся голос Клочка из сумки. — Особенно было забавно, когда он начал лихорадочно наводить уборку, всё повторяя, что это сделка с совестью.
Представляю себе эту картину.
— К Шуклину идти? — спросил крыс.
