От моего любовника несло потом, машинным маслом и долго простоявшим растворимым кофе. Ли навалился на меня всем телом, отросшая щетина больно терла мне кожу. Но я все равно отчаянно хотела его. О презервативах он не вспомнил, я решила, что не буду его останавливать. Мы даже толком не разделись. Обжигая меня горячим дыханием, он овладевал мною, после пяти минут конвульсивных толчков на диване он со сдавленным всхлипом кончил мне на живот.
В полумраке гостиной я видела, как его глаза наполнились слезами, он всхлипнул еще раз, потом еще… Бедный, как ему сегодня досталось! Я обняла его, положила его голову себе на грудь.
На меня закапали теплые капли — то ли слезы, то ли кровь.
— Прости меня, — шмыгая носом, прошептал он. — Я… не хотел, чтобы это произошло… вот так. Я хотел, чтобы было красиво. Вечно я ухитряюсь все испоганить! Что я за долбаный придурок!
— Ли, милый, ну что ты, — зашептала я в ответ. — Все хорошо. Мне было хорошо.
Когда Ли выплакался, я пошла приготовить чай и тосты. Ли набросился на еду, как будто его неделями морили голодом.
А я, сидя на стуле рядом с диваном, смотрела, как он ест, и думала, как бы уговорить его рассказать о том, что случилось. Потом я отвела его в ванную, и мы вместе встали под душ, я взяла свою самую мягкую губку, хорошенько намылила ее и смыла кровь с его тела. Здорово все-таки его отделали: правое плечо — сплошной кровоподтек, как будто его выбросили из машины на полном ходу на асфальт, кисть правой руки опухла, на костяшках пальцев запеклась кровь — он явно давал кому-то сдачи, от левой подмышки глубокие кровавые порезы вели за спину, может быть, даже ребра были сломаны.
Я намылила его волосы и над правым ухом нащупала целый комок запекшейся крови, хотя раны не обнаружила. Чья бы ни была эта кровь, ее смыло водой, унесло в сливное отверстие.
Суббота, 24 ноября 2007 года
Ноги стали ватными, я силилась оттолкнуть Робина, закричать, но спазм перехватил горло, сердце бешено билось. Я вяло попробовала ударить коленом ему в пах, но неожиданно он застонал и отпрянул.
Я не сразу сообразила, что Робина за шиворот оттаскивает от меня другой мужчина. Потом он вмазал ему, Робин шмякнулся на тротуар.
— Вали отсюда! — заорал мужчина. — Сейчас же убирайся, пока я тебе не всыпал еще!
— Я понял, дружище. — Робин резво поднялся, отряхивая брюки. — Не стоит так нервничать, ухожу.
Он стал нагонять остальных. Как ни странно, но никто из них ничего не заметил.
Моим спасителем оказался Стюарт.
