Этот трехэтажный особняк на Мичуринском когда-то числился на балансе Управления делами МИД СССР под номером 1213. Полтора года назад его передали в аренду совместного предприятия «СИБ-Интернэшнл», а то уже переуступило его в «бессрочное пользование» созданной Варягом фирме «Росторгсоюз».
Я с невольным удовольствием вспомнил ту уже давнюю хитроумную операцию. Дело было так. Варяг случайно узнал, что «СИБ-Интернэшнл» предлагает в аренду этот особняк за двадцать пять тысяч рублей в год. По тем временам, еще до павловской реформы, пена казалась крутоватой, так что стоимость аренды особнячка вылилась в кругленькую сумму.
Но уж больно приглянулся мне этот аккуратный кирпичный домик, утопающий в кронах могучих лип."
"И тогда Варяг все устроил в своем фирменном стиле: быстро, решительно, красиво. В представительство СП «СИБ-Интернэшнл» приехал некий очень важный господин, предъявил необходимые документы, свидетельствующие о состоятельности представляемой им организации, гарантийные письма из нескольких влиятельных банков и быстро переоформил особняк в субаренду.
Все остались довольны. Но потом, когда настал час перевода арендного платежа, фирма «СИБ-Интернэшнл» никак не могла получить денег. А когда генеральный директор СП господин Джеймс Росси только заикнулся о желании обратиться в суд, буквально через два дня все руководство фирмы, включая и генерального директора, исчезло. То есть просто все сотрудники пропали — точно испарились в воздухе.
Но через неделю все уже сидели на своих рабочих местах — но совсем в другом микрорайоне Москвы, где-то в Ховрино, в здании бывшего детского сада. Причем все сибинтернэшнловцы напрочь забыли о существовании некогда принадлежавшего им особняка на Мичуринском…
В наше беспокойное время такое иногда случается, подумал я. Такое всегда случается, если за дело берется Варяг. Благодаря ему в апреле девяносто первого удалось пригнать во двор этого коттеджа крытый «КамАЗ» со сторублевыми купюрами — на два с половиной миллиарда! — уже после их изъятия из обращения.
Я в то время сильно прихворнул, и у меня не было никаких сил заниматься обменом старых банкнот, но благодаря связям Варяга деньги, вывезенные нашими гонцами из Узбекистана, Казахстана, Ингушетии и Чечни, удалось-таки обменять по очень выгодному курсу — с десятипроцентной потерей.
Я мотнул головой, вспомнив о своей болезни. Болезнь едва не подкосила меня.
