Мы сели в «Волгу», но никуда не поехали.
— Видно, давно ты не сидел, Гера, — пошутил Нестеренко. — Сейчас в советских тюрьмах, говорят, даже Достоевского заключенным стали выдавать. Вся «сидящая страна» в чтение ударилась. Умничают все… И не поймешь, чего от народа хотят. Совсем запутали народ. Хрущев, слыхал, обещает через двадцать лет коммунизм построить. Вот и потчуют даже зэков различной заумной литературой, сами не зная, как выковать нового советского человека… Я тебе зубы-то не заговорил?
— Нет, у меня же они крепкие, — так же отшутился я.
— Я не то что давно не сидел, но вот даже давненько не прохаживался по улице Горького, — пробурчал Медведь, раздумчиво посматривая по сторонам. — Ишь какая бойкая жизнь кругом! Чую, капуста по рукам ходит, как блины в Масленицу.
— Завидуешь?
— Да вроде нет. Но вижу, что прогресс идет намного шустрее, чем во времена нашей с тобой молодости. С войны всего-то пятнадцать лет минуло, а, смотри-ка, уже люди совсем другие по улицам ходят.
Разодетые, сытые, довольные… Видно, хоть им товарищ Хрущев мозги-то и промывает изо всех сил и зовет коммунизм строить, но они-то не больно спешат на коммунистические стройки… Ты погляди — все в заграничных шмотках, а кто не в импорте, тот с таким голодным выражением на роже смотрит пижонам вслед…
Нестеренко внимательно посмотрел мне в глаза.
— Вот и ты расфилософствовался! Да, брат, сегодня не учебник истпарта — орудие победившего в войне народа, а доллар, фунт, марка и франк.
Кстати, я хотел с тобой кое-что обсудить… Поехали на Арбат…
* * *— Все эти маниловские прожекты Никиты Сергеевича ни к чему толковому в экономике не приведут, — с горечью говорил Егор, — только задурят народу мозги, а выиграет от всех его горе-реформ, как всегда бывало на Руси, чиновный люд. А чиновный люд на Руси — самая бездарная часть общества, самая ленивая и жадная. И самая жестокая, кстати. Вот у нас сейчас принято ругать Сталина за лагеря, расстрелы и сломанные судьбы миллионов.
Но ведь не Сталин сажал, не Сталин пытал, он только дал советским чиновникам волю… И они наломали дров… Потому что ничего толком создать не умеют и не хотят уметь, кроме как набить свое брюхо и свой карман! Ты вспомни хоть того гада, который твою Катю с сыном сгубил… Калистратов!
Мы сидели в ресторане «Прага» на Арбате. С довоенных еще пор этот ресторан очень мне нравился.
