На глаза опускаются красные шторки, и ""ложить"" я хотел на количество публики и желающих со мной стать в спарринг.
— Эй! Ты охренел, козел!? — доносится в тумане недовольное восклицание соперника. Блондин бодренько разворачивается ко мне лицом, ища глазами Елену за моей спиной. Поднимается со стула. — Какого черта, слыш?
Дикость с адреналином мгновенно взрывается в крови. На руках вздуваются вены. Не контролируя силу, хватаю остроумного орангутанга за шею, второй рукой подцепляю за бедро, и поднимаю с пола резким рывком, с грохотом укладывая на лопатки поверх барной стойки.
— Она МОЯ! Кретин! МОЯ!!! — выбив из него дух, протаскиваю до самого края обмякшее тело, сметая им стеклянную посуду со столешницы на пол. — Я тебе руки вырву за то, что ты их распускал, дебил!
— Оох… — выдыхает тот под громкий свист и улюлюканье толпы, едва оставаясь в сознании.
— Не трогай его! Бык ты недоделанный! — до смерти напуганная Елена подбегает ко мне и хватает за руку, пытаясь оторвать. — Да отпусти… — оттягивает от парня и гневно рычит на меня маленькая дева-воительница.
«Если очень хочешь — снова я к тебе приду
Снова я к тебе приду, снова…» — гремит в ушах на ряду с её голосом.
— Убирайся! Какого хрена ты портишь мне вечеринку, дурак!? — колотит кулачками мою спину.
— Нет, любимая, ему конец! — одариваю диким взглядом через плечо разъярённую девчонку. — До последней капли крови! Поняла?
— Аааа! — неожиданно начинает орать как резаная. — Помогите! Убивают!!! Спасите!!!
«Это ты, это я, между нами молния
С электрическим разрядом 220 вольт
Слышь!»
— Господин Перез, уберите её отсюда! Живо! — кивнул на приближающихся охранников.
— Я верну этого в чувства. Свидетелей много. Ребята разберутся.
— А ну стоять, детка! — мгновенно реагируя, ловлю её за запястье в толпе, сорвавшуюся на бег. — Стой, заноза! — подхватываю за бёдра и опрокидываю на плечо извивающуюся фигурку взбесившейся фурии.
— Не имеешь права! Ты рехнулся! — шипит. — Пусти, гад! Ненавижу! Иди к своей Марго! Сволочь!
— Нет у меня никакой Марго, — зло отвечаю, шлепая её по заднице.
— Ай!!! Как это нет? Грохнул? Ты псих!
— Дерьмо! Блять! — меня прошивает холодный пот, как только ладонью касаюсь шелковистых ягодиц. — С какого хрена ты без белья!? — натягиваю пониже на попу то, что называется юбкой, оголяя при этом копчик. — Foda-se… — Обречённо вздыхаю, прислоняя ладонь к стратегическим местам, чтобы хоть как-то скрыть это безобразие.
