Это Глеб с бутылкой воды и форменной майкой. Сердце тревожно трепещет. Или это не тревога?
Он протягивает мне сначала воду.
– Спасибо, – сразу же открываю бутылку, чтобы чем-то занять руки.
– Ты в порядке? Ян сказал, тебе плохо.
– Да, просто перенервничала.
– Он тоже вечно на раковине висит перед играми, или башкой в унитазе. Зависит от степени важности матча.
Я с благодарностью улыбаюсь. Становится легче от того, что я не одна такая истеричка, но и наш капитан команды тоже.
Глеб разворачивает майку, показывая мне маленькую эмблему школы на груди, а потом надпись на спине – Петрова.
– Это что, мне?
– Ну, ты же у нас Петрова? – насмешливо отвечает он.
– Просто не ожидала.
Глеб неопределенно ведет плечом:
– Мне Карась поручил. Было не сложно. Мы же команда.
Я беру майку и прикладываю к себе:
– А как ты узнал размер?
Почти сразу понимаю, что спросила зря.
– Ты худенькая, – он улыбается, привалившись плечом к дверному косяку, – была возможность разглядеть.
Я краснею. Чувствую себя очень уязвимо, но вместе с тем мне приятно.
Глеб сказал, что я худенькая! Я внутренне пищу."
"Смотрю в его голубые глаза и чувствую какое-то странное притяжение. Нестерпимо хочется коснуться его. Я дышу, но воздуха не хватает. И тут Глеб поднимает руку и аккуратно проводит пальцами по моему подбородку.
– Вода, – поясняет он охрипшим голосом.
Дверь раздевалки распахивается, ударяясь об стену. Ну, это точно Манкова, она всегда заходит с ноги.
– Яна! – кричит она и вдруг видит нас. – Ой! Извините.
Помешала.
Я краснею в сотый раз за сегодняшний день. И тут же начинаю сердиться. Ничего такого мы тут не делали. Другое дело, что Глеб стоит в душевой женской раздевалки. Неприлично близко ко мне. Волнующе, потрясающе, удивительно близко. Это злит меня еще сильнее.
Я стараюсь сделать вид, что мне все равно и бросаю Свете безразличное:
– Не выдумывай, Янковский просто принес мне майку, – потом перевожу вопросительный взгляд на парня, – я переоденусь?
Его взгляд холодеет.
– Не бойся, душа моя, подсматривать желания не имею.
Он давно меня так не называл, и я непроизвольно морщусь в ответ.
Глеб выходит, а Света смотрит на меня, прищурив глаза, и повторяет:
– Просто принес майку. И воду. Глеб Янковский? – а потом она хохочет, запрокинув голову. – Ладно, сами разбирайтесь. Переодевайся и пойдем разминаться, там уже народ собирается.
Я снова остаюсь одна в душевой, беспомощно сжимая в руках черно-белую форму со своей фамилией.
