— Ключевое слово тут «моя». Так вот. Моя жена каждый вечер меняет мужиков. Стоило одному популярно объяснить, что это не его вариант, и оставить ему единственное, что ему светит в отношении тебя, как появляется второй!
Сопоставив слова Крамера и факты, делаю вывод о происхождении фингала Антона. Из-за того, что я мешкаюсь в раздумьях, Тимур меня настигает, и вот уже его грудь маячит в десяти сантиметрах от моего носа.
— Стоп. Так это ты живёшь в соседнем номере! — я обвиняюще тыкаю пальцем в Тимура.
— Умничка. Возьми конфетку. Леденец.
— Иди ты, знаешь куда? — посылаю я Крамера с его похабными мечтами.
— Я знаю, где моё место, — Крамер кладёт руку мне на талию, ладонь скользит по шелковым шортикам и ложится на ягодицу. Пальцы Тимура сжимаются, четко обозначая место, которое он себе присмотрел.
Я дёргаюсь, но, оказывается, Крамер припёр меня к стенке.
— И я совершенно точно не позволю это место, — Тимур снова стискивает попку, — занять никаким Сашам-Тошам.
Вторая рука ложится мне на талию, и Крамер притягивает меня к себе.
Как я ни упираюсь руками, он сильнее, и все, что я могу, это оставить свои ладошки между нашими телами. Я чувствую, как перекатываются мускулы, слышу запах его одеколона и его собственного тела.
— А! Так ты себе место застолбил в моей кровати! — мой сарказм не достигает цели. Женишок подтверждает:
— В точку. Стерёг. Мало ли, вдруг Сашок передумает и решит зайти.
Я все равно извиваюсь и пытаюсь вырваться из этих лапищ, но добиваюсь только того, что в живот мне упирается нечто твёрдое.
— Как ты вообще вломился? — в отчаянии спрашиваю я.
— Через балкон, милая, через балкон. Ты же его не запираешь. Неужели ты думаешь, что меня остановит жалкая стена между нашими номерами?
Придурок! Я холодею. Это же шестой этаж!
От мысли насколько разозлившийся и выпивший Камер рисковал, и я замираю.
— Я удивлен, как крепко ты спишь. Я не первую ночь провожу вместе с тобой."
"Еще бы не крепко, я пью легкое успокоительное, и в сочетании с вечерним коктейлем, это вырубает меня напрочь.
Что? Не первую ночь?
Пользуясь моим ступором, Тимур забрасывает меня на плечо. Я успеваю только взвизгнуть.
— Убери свои руки! — требую я.
Сделав пару шагов, Камер наклоняется и валит меня на постель.
— Даже и не мечтай.
Глава 41
Я весьма остро ощущаю, что Тимур зол.
Весь его гнев трансформируется в желание одержать верх над непокорной женщиной простым и понятным способом.
