— До свидания, мисс! — донеслось вслед, и коляска покатила в сторону сквера, чтобы, сделав круг почета, развернуться. Возвращаться домой я намеревалась той же дорогой, по которой приехала сюда.
На этот раз не спешила. Лошадкам нужен отдых, а мне хотелось немного подумать. Едва выехали за городскую стену, отец нарушил молчание."
"— Как-то ты слишком резко повела себя с Бэриллами, — проговорил он под перестук копыт.
Обернувшись через плечо, бросила на папу быстрый взгляд.
— Не резко, а правильно. Я и не собиралась никого уговаривать.
В первую очередь это нужно им, не мне. Я изложила свои требования, дала им время осмыслить свое положение и мое предложение. Думаю, сэр Томас заинтересовался.
— Но разве сэр Томас у нас жених? — рассмеялся мистер Латимер.
— Нет, не он. Но родители имеют влияние на своих чад, — Я снова посмотрела на дорогу. Хотелось пустить лошадей в галоп, но удержалась. Хватит того, что мысли мои несутся вскачь.
Снова и снова вспоминала Эдварда и его лицо. Точнее маску, которую он надел, пока принимал нас в своем доме, кажется, против своей воли.
Как же ему неприятно находиться в подобном положении. Будь я на его месте, точно бы взревела от ярости и обиды. Ведь, по сути, его продавали. За деньги, за благо для рода и семьи. За возможность снова стать прежними Бэриллами, вхожими во все приличные дома в столице. Для меня, дочери торговца, истинные ценности заключались в других благах, но для тех, кто с рождения привык к почету, балам, славе и вниманию, конечно, подобная ерунда важна.
— Мне показалось, что сэр Эдвард не особо заинтересовался тобой, — как всегда прямолинейно выразил свои мысли папа. — Он выглядел крайне недовольным.
— И пусть. Мне не нужна его любовь, — ответила я. В тот миг думала именно так. В мои планы чувства не входили. Но очистить репутацию стоило. И Бэрилл мне в этом поможет, если согласится на наш союз.
А он согласится. Я почти уверена в этом.
— Ох, милая, ты еще мало знаешь жизнь, — посетовал отец. — Однажды обожглась на молоке, а теперь на воду дуешь!
Сделав вид, что не расслышала фразы, все же не удержалась, пустила магию и лошадки, приободренные криком, побежали быстрее.
После ухода Латимеров, оба Бэрилла, и отец, и сын, молчали. Эдвард подкатил кресло к камину и теперь снова наблюдал танец огня на черных углях умирающего пламени.
— Надо же, какая бойкая девушка, — наконец, нарушил тишину сэр Томас.
— Я бы сказал, наглая, — бросил Эдвард не оборачиваясь.
