Речь не идет о людях, которые откладывают рождение детей на более поздний срок или не имеют твердой позиции в данном вопросе.
Багир
— И что будешь делать? — спрашивает Макс, друг и компаньон в одном лице, пару дней спустя.
— Что-что, в отказ пойду. В первый раз, что ли, — морщусь я, вспоминая очередной звонок деда.
Старый упрямец и не думал отступать, наседая и шантажируя.
— Ну и женился бы. В чем проблема? — пожимает плечами Максим. — Твоя жизнь от этого не особо и изменилась бы.
— Да я бы, может, и женился, да вот только дело одним браком не ограничится же.
Деду правнука подавай, — выплевываю я, злясь лишь от одной мысли об этом.
— Ну и заделай ему правнука. Или у тебя с этим проблемы какие-то? — шутит он, делая глоток давно остывшего кофе.
Сегодня мы задержались за обсуждением очередного контракта, а потом перешли на личные темы, потеряв счет времени.
— Не собираюсь я заводить детей! Ни ради деда, ни ради его наследства, — не подержав шутку, отчеканил я. — Ты прекрасно знаешь мое отношение к подобному.
— Нездоровое отношение, скажу я тебе. Как можно не любить детей? Они же такие сладкие! — осуждающе качает он головой.
— Поосторожнее со словами, если кто услышит, решит, что ты людоед, — закатил я глаза. — И насчет детей я бы с тобой поспорил. Видел бы ты наглого ребенка, что вытащил мой кабель питания из розетки! Как только умудрился своими крохотными руками!
— Это у тебя руки, а у малыша — ручки, — не обращая внимания на мои слова, вставил он свои пять копеек.
— Суть в том, что эти дьявольские создания очень хитры! Ты просто не видел, как он потом на меня смотрел! Сам набедокурил, а вел себя так, словно это он здесь жертва! Пытался меня околдовать, но не тут-то было! Я-то на этот фокус не попадусь. Меня эти милые мордашки с глазами на пол-лица пугают, а не умиляют, — аж вздрогнул я, вспомнив этого хитрюгу-манипулятора.
— Господи, ты невозможен! — хохотнул друг. — Тебя послушать, так дети — вселенское зло.
— Какими бы они ни были, но пусть будут от меня подальше, будь то мои или чужие.
И вообще, глупый разговор. Слушать деда я не стану, — твердо заявил я.
— И отдашь всё Юсупу? — приподнял он бровь.
— Может, и отдам. В любом случае бедствовать не стану. Мне и без доли деда принадлежат пятьдесят пять процентов акций, — встряхнул я головой."
"Думать о троюродном братце не хотелось. Тот был тем еще гулякой и транжирой. О том, что он всерьез займется компанией, не шло и речи.
— Но не сто.
