— А ну повтори!?
— Идиот! Идиотский чайлдфри! — не отступала я от своего. — Не смей больше называть моего сына шарпеем! — топнула я ногой, подхватывая Леву на руки. — Ничего не смыслишь в детях, а берешься раздавать советы.
— Шарпей! Точно! А я все никак не мог вспомнить! — стукнул он себя ладонью по лбу."
"— Да ты… ты просто… — не могла я подобрать слов, чтобы в них не было ругательств, не предназначенных для детских ушей.
— Ага, я такой и даже больше. — довольно кивнул придурок. — Так что не нужно пытаться очаровать меня своим ребенком.
Я выше всей этой детской эпопеи.
— Господи, что ты за человек такой? — покачала я головой, в полнейшем шоке от того абсурда что он нес. — Мы купаться, не беспокой нас, — высокомерно попросила я, скрываясь за дверью в ванной комнаты, еще минута в его обществе, и я бы точно огрела его чем-то тяжелым.
— Чертов псих! — запирая защелку, фыркнула я, что Львенок нашел забавным и попытался повторить. — Ты мой маленький гений, — чмокнула я его в макушку.
Ванна уже была набрана, так что, быстро освободившись от платья и белья, я вместе с сыном залезла в пенное облако, наслаждаясь карамельным запахом, окружившим меня.
— Сам, он шарпей, да? Назвать моего сладкого лапушку псом! — не могла я успокоиться. — Придурок!
Лева же вовсю наслаждался пеной, не замечая моего недовольства. Даже попробовал ее на вкус.
— Что не нравиться? — улыбнулась я, вытирая его ротик. — Хорошо в ванной, да? Теперь мы можем себе это позволить хоть каждый день, представляешь? — прижимая его к груди спиной, ворковала я, все еще не веря в изменения, произошедшие в нашей непростой жизни.
На старой квартире принятие ванны было роскошью. Мы могли позволить себе это лишь когда хозяев не было дома, что случалось крайне редко.
— Еще бы барин, не был таким букой, и была бы у нас идеальная жизнь, да малыш? — вздыхая запах его волос, спросила я.
Лева что-то пролепетал, как всегда довольный происходящим.
Моя маленькая жизнь. Так странно.
Любить кого-то настолько сильно. Иногда я все еще поражалась силе своих чувств, пробуждаемых сыном. Той жертвенностью, на которую я была ради него готова. Без моего малыша, я больше не буду цельной.
Багир
— Что? Понравилось принимать ванну? — спросил я сияющего Манипулятора, который разлегся на середине кровати.
Весь раскрасневшийся, одетый в красную пижаму он был похож на краснощекого деда мороза, только бороды не хватало для полной картины.
