Морское братство верит, готово. Князь Маханад не верит. Князь Багур не верит. Князь Тангон — не Молодых Хозяев, князь Тангон — Древних Хозяев, надеется на они. Зря. Они меньше. Нет, они слабее. Не помочь. Империя… там думают, сомневаются… Все равно. Кули-и, ты чужой, уйди, ты можешь уйти к себе, уйди. Кто верит и не верит, кто готов и кто сомневается, все умрут. Кто борется, мои все умрут. Кто не борется и лежит, все умрут. Кто не умер сегодня, умрет завтра. Каур весь — Большого Хозяина. Хозяин сказал: умирайте, теперь мы должны умереть все.
— Но мы побеждаем, Хамар.
— Ты… видел одну ступень Лестницы… Скоро будут быть еще ступени. Хуже. Нет, сильнее. Это моя сердечная боль, теснит мое сердце. Бедный твой язык, плохой язык, тупой язык…
Я понял: завтра будет плоше, чем сегодня. Надо убираться отсюда, но как? Потом сообразим.
Вдруг он опять поднял руку, и я почуял неладное. Его пальцы прикоснулись к моему плечу… вошли в него. Я сидел ни жив ни мертв. С шаманами лучше Не шутить. Не рыпаться. Я и не рыпался. Как статуя застыл.
Вот говно-то. Чувствую, будто я стал прозрачный и… никакой, вроде пустого воздуха. Он шарит внутри меня, щупает что-то, глядит внимательно, сволочь, внутренности мои будто глазами пересчитывает. Не больно, только… не по себе как-то… И судорогой крутило меня… Я испугался. Потом он вынул, сволочь, выблядок, руку.
— Тоже… Хозяина. Сдохнешь, если не будешь перемениться. Усвой. Да? А лучше беги. Да?
— Почему ты мне это рассказал?
Хамар почмокал губами, как старая перечница какая-нибудь, как говенная пенсионерша.
— Мне нравится твой… твое тело. Сильное тело. Красивое тело. Я… ухожу. Я уже почти в дороге.
— В дороге?
— Да. Путь… к Молодым Хозяевам… долог. Сначала моей… моему… телу… надо хорошо-хорошо закончиться.
— Умереть?
— Да, умереть, у твои… язык плохой… бедный. Слова простые… бедные…
— Зачем я тебе теперь, Хамар?
— Ты будешь… поцеловать меня и закончить меня. Умереть меня. Понял?
— Убить?
— Да. Сейчас. Я маг. Сам не будет могу. Будет долго мучиться. Мои боятся меня.
Ты будет помогаешь мне?
Я задумался. Старое дерьмо сообщило мне массу полезных вещей. Это так. Но если я его убью, во что мне встанет его смерть? Мосел прикончил великого шамана! Порежем его на шмотья!
— Что со мной сделают твои люди, Хамар?
— Если откажешь… будут убить тебя.
Похоже, эта гнида все предусмотрела…
— А если не откажу?
— Ты будет мой муж. Одна… по вашему… три минуты… Да. Потом будешь один из двадцать три мои наследник. Будешь часть мои рода.
