Щеголь, горделиво смерив взглядом Адриена, приблизился и поклонился:
— Монсьорэнн, Ваше Сиятельство… Я уверен, что все нелепые слухи о вас — ложь от первого до последнего слова. Я буду совершенно счастлив облобыза…
Занавеси носилок взметнулись, из темноты портшеза выбросились тощие руки цвета торфа и рывком втянули щеголя внутрь до пояса; ноги его неистово задрыгались, он завопил, тщетно стараясь вырваться."
"— Ну, целуй же меня, ублюдок! Целуй! — визг второго голоса перекрывал его вопли.
Что-то смачно хрустнуло, и щеголь выпал из носилок, обливаясь кровью. Носа у него не было.
— А-а-а-а-а-а-а! — катался по земле бывший гордец и насмешник, разом утратив всю удаль и спесь. Заблистали мечи, но дружки изувеченного вожака в растерянности пятились, подхватив его, потому что из щели между занавесей манил заостренный коготь и резкий, скрежещущий голос звал:
— Кто еще?! Смелей!
Когда наглецы отступили, крича, что немедля обратятся в суд капитула Аргимара и предъявят откушенный нос, Альберта тихо, шипуче позвала Адриена:
— Возьми шкатулку с казной, иди в суд и заплати, что следует.
И не забудь сказать судье, что этот человек оскорбил меня.
Трехпалая клешня сомкнулась на запястье Адриена, и он ощутил, что рука Бертольфин дрожит.
— Не беспокойтесь, госпожа моя, правда на нашей стороне. Я приведу свидетелей, которые подтвердят, что дело шло о защите чести…
— О, Адриен, — голос в носилках стал стонущим, — Адриен, разве в этом дело?.
.
Звуки, что послышались затем, не были знакомы Адриену. Не сразу он уразумел, что Бертольфин плачет.
«А если бы я прошла вспять сквозь врата великанов, — мелькнуло у Альберты, — чье бы имя назвала я?..»
Не успела она решить, кто ей мил, как до щелей на ее лице донеслось нечто необычное.
— Запах, — шепнула она. — Адриен, ты слышишь запах?
— Нет, — осмотрелся и он. — Вы что-то чувствуете?
— Это… похоже на…
Запах напоминал ее собственный, по которому она находила свой след в лесу, и потому не боялась заблудиться, когда пешая отрывалась от охоты.
Мало уступая в быстроте коням, она порой сама гналась за зверем.
Заметив краем глаза движение у опушки, Адриен быстро обернулся туда и замер. Застыла и Альберта.
Из зарослей на склон холма вышли двое, похожие на Альберту, словно капли воды друг на друга. Столько же ног и рук, такое же телосложение кентавра, но одежд на них не было. Их тела блестели, как вода.
