В то же мгновение Дмитрий гибко освободился от захвата, перехватил руку парня, выкрутил кистью вверх так, что тот едва не сунулся носом в асфальт, и повел его к фиолетовому «Шевроле». В боку микроавтобуса отъехала дверца, на тротуар вышел высокий монах в черном, с крестом в форме меча на толстой золотой цепи. Это был Евхаристий. Правую руку ему заменял протез в черной перчатке.
— Отпустите послушника, Дмитрий Олегович, — ласково сказал он, раздвигая губы в иронической усмешке. — Рад, что вы в хорошей физической форме.
Дмитрий отпустил бритоголового качка, и тот согнулся, разминая руку, злобно поглядывая на обидчика.
— Садитесь в салон, — продолжал Евхаристий. — Дальше мы поедем вместе.
— Отпустите Катю!
Монах покачал головой:
— Это несерьезно. Я уже не говорю, что вы мой должник. — Евхаристий кивнул на протез. — Но я готов простить ваш долг. Меч прадеда восполнит потерю руки. Однако девушку вы получите только после того, как меч будет у меня.
— Мы так не договаривались. Я должен лишь указать вход в хранилище…
— Разумеется, — согласился монах.
В глазах его всплыла тень глубоко запрятанного торжества. — Как только мы убедимся, что вы сделали свое дело, мы вас отпустим.
— Где она?
— В одном из наших приходов, под присмотром служки. Не волнуйтесь, с ней все в порядке.
Дмитрий помедлил.
— Я поеду на своей машине.
— Ее поведет наш человек. Дайте ключи.
Дмитрий еще немного помедлил, достал ключи, передал кожаному парню.
Тот взял ключи, сел в кабину «Мицубиси».
— Я и в самом деле не знаю, где находится хранилище мечей, — проговорил Дмитрий.
Монах нахмурился.
Дмитрий торопливо добавил:
— Помню лишь то место, откуда нас переправили в Обитель.
— Возможно, этого будет достаточно.
Перед глазами Дмитрия встало бледное измученное лицо Кати. Он послал ей мысленный поцелуй, прошептал про себя: жди, родная, я освобожу тебя!
Евхаристий, разглядывающий лицо путешественника, расплылся в понимающей улыбке."
"— Хорошо иметь дело с умным человеком. Дурак на вашем месте давно психанул бы, наделал глупостей… и потерял бы надежду.
Вы слеплены из другого теста.
Да, — согласился Дмитрий. — Нет смысла упражняться в словесной эквилибристике, но хочу, чтобы ты помнил, правнук Чернаги: я всегда готов ответить адекватно!
Евхаристий пожевал губами, не спуская взгляда с лица Храброва, пытаясь проникнуть в его душу. В глазах монаха торжество сменилось сомнением, но лишь на одно мгновение. Он улыбнулся, отступил в сторону:
— Садитесь.
