Интересно, правда, с чего вдруг такие перемены?
Ну, а если кого-то ненавидит, то до хрипоты в голосе. Будет копать и зубами рвать. И даром что пока они молочные у этого волчонка.
Хотя, скорее, львёнка. Так его звала Лиля.
— Подумай вот о чем — если бы не Алиса, быть бы тебе сиротой, Макс. И хер знает, где бы ты в итоге оказался — в детдоме или уже в колонии для несовершеннолетних."
"— Вот этой твоей слабостью она и пользуется, — не сдаётся сын. — Хватит уже поощрять ее! Ты тоже за эти пять лет долг выплатил по полной! Она же веревки из тебя вьёт.
А ты и рад стараться.
Встряхиваю щенка как следует. Правда, Макс впервые дает сдачи. Толкает, ощетинивается. Будто и впрямь готов врезать собственному отцу.
— Ты предвзят, Макс, — говорю предельно спокойно. — Знаешь же про ее ситуацию. Ты хоть представляешь, каково так жить? Представь, ты на ее месте. Как бы ты себя вёл?
Сын молчит. Пыхтит злобно, но ни слова больше. Знаю, что он слышит то, что я говорю.
Может, и стоило бы ему объяснить, что я же тоже не идиот, и все эти бабские манипуляции Алисы вижу. Другое дело, что спускаю на тормозах, потому что…
Да потому что банально помню, что она для меня сделала. И куда она клонит, тоже понимаю. Да только я не могу ей этого дать. Зря позволил себе слабину тогда пять лет назад, переспал, а у неё перемкнуло, и вот уже который год она делает все, чтобы стать единственной в моей постели.
— Если ты так уверен, что все как надо, зачем этот фарс со свадьбой? Почему не расскажешь Иве, что ваша свадьба фальшивая?
В который раз убеждаюсь, что сын у меня не дурак.
Он, сам того не подозревая, напоминает мне о том, что однажды все равно всплывет. И как Ива отреагирует — черт знает. Тут уж волей-неволей приходит отрезвление от того дурмана, в который я с размаху нырнул вместе с ней.
Не хочется признавать, что в чем-то Макс прав — зря я сорвался. Пиздец как зря.
— Тебя не касается. Так что держи язык за зубами.
— А что будешь делать, если узнает? — не унимается мелкий засранец. — Она же не простит такое. Зашквар какой-то, бать.
От ещё одной выволочки его спасает звонок Армана Нечаева — одного из моих партнеров в родном городе, который пришлось временно оставить, чтобы провернуть многоходовку с Савицким.
— Слушаю, — отвечаю, выходя в коридор и направляясь в кухню. — Что-то срочное?
— Можно и так сказать.
Начало мне уже не нравится.
