Одновременно с неожиданным запросом у самых бортов «грифона» стали проявляться очертания истребителей-невидимок «шадоу». Они возникли по два с каждого борта, и только тогда автопилот сообщил:
– Четыре корабля противника в опасной близости!
– Повторяю вопрос: почему не включен идентификатор «свой-чужой»? Назовите свой бортовой номер!
Подозревая в «грифоне» нарушителя, истребители поотстали, чтобы проще было стрелять в корму.
– Здесь капитан Симмонс, камрады! У меня аварийная ситуация, перегорела половина электропроводки… – вступил в игру Джим.
Обращаясь к башенному стрелку, он добавил: – Грег, приготовься открыть огонь с обеих башен, но пушками пока не двигай!
– Слушаюсь, сэр, – проскрипел стрелок.
Тем временем Тони проскользнул в кабину, вставил ключ в гнездо активации, беря управление в свои руки.
– Назовите ваш бортовой номер! – наседали снаружи.
– Одну минуту, приятель, сейчас… Ага, вот регистрационная карточка, итак, слушай…
Тони включил торможение, и «грифон» подался назад, а едва он поравнялся с преследователями, Джим крикнул «огонь!», и две башни заработали синхронно, расстреливая цели почти в упор.
Яркие вспышки пробежали по корпусам истребителей, в стороны полетели обломки антенн и накладных обтекателей. Нарвавшись на неожиданный отпор, «шадоу» резко отпрянули и помчались прочь. Через мгновение огонь прекратился и стало тихо.
– Расход – сто двадцать четыре, попаданий – шестьдесят семь, – доложил стрелок.
Тони включил полную тягу, и «грифон» начал ускоряться.
– Вижу на подходе еще три цели! Время пересечения курсов – десять минут! – сообщил он.
Джим оставил свое кресло в отсеке и, перебравшись в кабину, занял место штурмана.
– Переведи на меня пушки! – потребовал он.
– Перевожу… – ответил Тони.
Джим надел панорамный шлем, и все пространство вокруг корабля поделилось тонкими линиями на квадраты. Это была оцифрованная сфера.
Два уходивших вперед зеленоватых конуса обозначали область поражения располагавшихся под плоскостями тяжелых пушек. Это был весомый аргумент в споре с противником.
Семидесятипятимиллиметровые снаряды имели три ступени разгона и собственную систему наведения. Они не умели гоняться за целью, как ракеты, но обычной их корректировки было достаточно, чтобы успешно поразить цель.
– Еще три «на одиннадцать часов»! – сообщил Тони. – Подлетное время – семь минут!
– Вижу, приятель… – отозвался Джим. – Эй, Грег!
– Слушаю, сэр, – отозвался робот-стрелок.
– Друзей здесь нет, как только что-то увидишь – стреляй.
