Детали меня, в принципе, не интересовали — я как раз для таких случаев ему и плачу, между прочим!
— А потом?
— Потом, перед самым уходом, я супругу попросил сотню баксов разменять. Она сунулась в сумочку… Дальше вы знаете.
— А что это были за бумаги? Ну, те, которые нашли?
— Какая разница? — Цадкин непонимающе уставился на Владимира Александровича. Тем не менее счел возможным ответить. — Распечатки с компьютера. Разные: перевод письма от шведской фирмы с коммерческими предложениями, проект договора… Еще несколько списков — по мэрии, по филиалам…
— Я могу посмотреть?
— Зачем это?
— Ну, скажем так, — в качестве вознаграждения за возвращенную валюту? Все-таки не семечки!
Цадкин дружелюбно расхохотался и ткнул Виноградова в плечо.
— А я-то думаю… нет, капитан, это вы хорошо подали — без нажима, вроде как вскользь!"
"— Не понял?
— Да не волнуйтесь, честность всегда вознаграждается! — Андрей Леонидович вынул из конверта пять купюр и протянул их Виноградову: — Ровно четверть.
Двадцать пять процентов — как за найденный клад!
Владимир Александрович взял их, мгновение помедлил, затем положил в карман.
— Спасибо, как говорится: дают — бери… Хотя я, собственно, не это имел в виду… Не только это.
— Да пошли вы все к черту, менты! — Президент фирмы щелкнул замками кейса и бросил перед Виноградовым пачку листов. Бумаги сразу же свернулись в неплотный рулон, стремясь восстановить форму, приданную им вчера аптечной резинкой.
— Любуйтесь!
Владимир Александрович неторопливо, стараясь не замечать иронично-неприязненного взгляда собеседника, просмотрел одну за другой все страницы. Некоторые он поворачивал под углом к свету настольной лампы.
— Тут разные коды в углу страниц…
— У нас своя система учета что-то с одной дискеты, что-то с другой… Для каждого раздела информации — свой индекс.
— Ага. — Виноградов еще раз пробежал пальцами по листкам.
— Ну и?..
— Это не Марьина работа.
— Во как даже!
— Я имею в виду, она никому не собиралась их продавать. И раньше скорее всего такой ерундой не занималась.
— Любопытно…
— Да вы и сами не верили… И не верите!
— Допустим! — Цадкин откинулся в кресле. — Я готов вас опять послушать.
— Серьезно?
Андрей Леонидович в задумчивости почесал переносицу.
— Хорошо… Вы меня заинтриговали. — Он одним движением передвинул конверт с оставленной валютой к Виноградову: — Это ваше.
