Родители, сидящие впереди, предаются воспоминаниям и воодушевленно обсуждают завтрашнее торжество, а я смотрю на знакомые места родного вечернего Новочеркасска и пытаюсь понять – люблю я его или же ненавижу всей душой. Город, конечно, ни в чем не виноват, но он хранитель многих моих воспоминаний, как хороших, так и ужасных."
"– Приехали! – объявляет папа, закончив круг почета по центру города, и глушит мотор в тихом дворе многоэтажных домов, где мы сняли квартиру на несколько дней.
– Ксюшенька, ты голодная? – обращается ко мне мама.
– Можем занести вещи и пойти куда-нибудь поужинать.
– Я обещала к Насте с Сашей зайти. Поужинаете без меня.
– Можем вместе сходить. Заодно прогуляемся.
– Не стоит тормошить молодежь, – встревает папа, – завтра на них насмотришься. Иди, Ксюш.
– Хорошо, – с облегчением отвечаю я, потому что и без того весь последний час развлекала маму рассказами о нашей с Женькой поездке и практике, наполовину выдуманными, разумеется.
Выбираюсь из машины, прощаюсь с родителями и отправляюсь в пешую прогулку, но не к дому брата.
Мне хочется навестить кое-кого другого, и лучше сделать это в одиночестве. Отойдя на безопасное расстояние, вызываю такси и еду на окраину, на новое кладбище. Приходится немного попетлять среди крестов и памятников, чтобы найти нужный, ведь я была здесь всего один раз четыре года назад.
– Привет, Миш, – тихо говорю я, глядя на крошечную фотографию в обрамлении серого мрамора, и отключаю звук на телефоне, чтобы никто не мог помешать нашей встрече.
Ветер шумит и качает высокую траву, небо медленно окрашивается закатом. Могила Леванова выглядит ухоженно, и что-то мне подсказывает, это вряд ли дело рук его матери. Ей было плевать на сына и при жизни. Теперь-то чего? Я даже не знаю, что с ней сейчас. Что с тем уродом, который загнал пасынка на два метра под землю?
– Прости, что с пустыми руками. – Опускаюсь на корточки и обхватываю колени. – И прости, что не приходила так долго.
Окружающий гул вдруг стихает, сердце бьется медленнее.
Так вот что значит гробовая тишина. Вокруг никого не видно, и я остаюсь наедине с мыслями и воспоминаниями. Все в жизни относительно. Относительно белого и серый может быть черным. Проблемы и трудности, с которыми мы сталкиваемся, для кого-то могут быть ерундой, а для кого-то трагедией. Уезжая из Краснодара две недели назад, я думала, что моя жизнь невероятно сложна: родительский контроль, непонятки в отношениях, учеба, размытые перспективы – но это и есть жизнь.
