– Мама, если я позвоню сама, то Николай и Инна скажут, что с ним всё хорошо, как делают это последние месяцы, да? Отшутятся. Что вы от меня скрываете?
– Мы же договорились, что пока не поправишься, не будешь спрашивать о нём.
– Не было такого. Это ты поставила условие. И как я вижу, подговорила наших общих знакомых, которые в последнее время все как один ничего о нём не знают. – Устав стоять, я присаживаюсь за кухонный стол.
– Он сумасшедший. Больше о нём нечего знать, – резко возражает мама.
– Это мы ещё посмотрим.
Опираясь о стены и трость, я, борясь с усталостью, довольно резво ковыляю к себе в комнату, которую перенесли на первый этаж, чтобы мне было удобнее. Вызываю такси на ближайшее время и принимаюсь собираться.
Ещё до аварии мы сильно сблизились с Инной Викторовной, что, если вдуматься, вовсе не удивительно, ведь у нас одна общая цель – помочь важнейшему мужчине в наших жизнях, приходящемуся ей сыном, а мне – любимым человеком. После аварии мы созваниваемся не реже двух раз в неделю, обсуждая моё лечение и возвращение в город.
Я не подвергала слова свекрови сомнениям, принимала за правду всю полученную от неё информацию о физическом и психическом здоровье Олега. Сегодня утром довольно бодрым голосом Инна Викторовна заверила, что состояние её сына не меняется. Я подозревала, что ему плохо и одиноко, но также понимала, что помимо поддержки родных, Олег нуждается в квалифицированной помощи профессионалов, отвергая которую чуть не разрушил себя, меня.
Нашу семью. Я ждала, когда смогу приехать и обнять его, хотя бы позвонить и пожаловаться, как мне больно и трудно лечиться. А ещё рассказать, что прикосновения его ледяных рук мне снятся по ночам, вместе с его запахом, напоминающим высушенную на солнце траву, одновременно душистую и свежую. Аромат его кожи давно ассоциируется с домом, надёжностью и безопасностью.
– Аля, ему сейчас не до тебя! – заходит ко мне мама.
– Разберёмся.
– Доченька, ну зачем ты это делаешь? Пойми, никто не ждёт от тебя милосердия.
Все наши родственники и друзья рады, что вы расстались.
– Мы не расстались. Я не искала встреч только потому, что родители Олега сказали: он пока меня не узнает. Он тяжело перенёс угрозу моей жизни, но я никогда не говорила, что отказываюсь от него. А после того, что узнала недавно… тем более. Его никогда никто не поймёт так, как я.
– Аля, что скажут люди?!"
"– Мне плевать на людей. И на тётю Любу, и на дядю Серёжу.
