Минимальные, крохотные, созданные, чтобы в порыве страсти не составило проблемы их порвать, открывая доступ к… Мне хочется их пожевать, и в следующую секунду я зажимаю тонкую ткань между зубами, а она смеётся, стягивая с меня штаны. Её вкус, запах дурманят мой истерзанный подмешиваемыми в еду лекарствами мозг. Понимаю, что не любил её уже более двух месяцев, изводя подозрениями, слежкой.
– Алечка.
Мы смотрим друг на друга, тяжело дыша, а перед глазами искрящиеся огоньки, превращающие серую реальность в сказку, в которой действительно хочется жить.
Я вижу её блестящие от удовольствия глаза, приоткрытые в стоне губы. Возбуждённая, желающая меня Аля – вот что является вратами в мою личную сказку, где нет места желанию спрыгнуть с крыши.
Я не успеваю понять, как оказываюсь внутри неё, но выйти нет никакой возможности – её мягкость и жар лишают права выбора. Мы разве предохраняемся?
– Просто проконтролируй, хорошо? – подмигивает она мне и начинает двигаться, слишком быстро для первого за столько времени воздержания секса.
Частота фрикций в первую минуту практически перебрасывает через край наслаждения, но ощущая её голод, жажду моего тела, у меня получается сдержаться."
"Лифчик расстёгивается одним движением моих пальцев. Понимая, что у неё уже несколько минут не получается улететь, я переворачиваю её на спину и беру инициативу в свои руки. Ведь только я могу сделать так, чтобы она летала. Чувствую, что от нежности, любви и сомнений моё колотящееся сердце сейчас разорвётся.
– Ты только моя, – не контролируя себя, рычу ей в ухо, вбивая своим телом в матрас.
А она отдаётся мне, стонет, что-то шепчет невнятное. Невероятно податливая, послушная, получающая кайф от моей грубости.
– Моя! – Кусаю её, заставляя ответить. – Я тебя убью, если узнаю, что изменяешь мне, слышишь? – Я задыхаюсь от удовольствия, звуков, запахов, ощущений. – Убью, – говорю ей на ухо.
А она не боится, несмотря на то, как страшно звучат угрозы из уст шизофреника, на счету которого уже имеется жизнь одной женщины.
Она не отвечает, только стонет. Я приподнимаюсь на руках, ускоряясь, позволяю ей наконец кончить. Наблюдаю за её лицом, ожидая возвращение из её сказки, намереваясь получить ответ на свой вопрос.
Какая она прекрасная, родная и моя собственная. Точно ли моя?
– Обожаю, когда ты такой. – Аля приподнимается и целует меня в губы. – Ударь меня.
– Что, прости?
– Несильно. Спроси ещё раз, тем же тоном.
Твою мать.
Я накручиваю её волосы на руку и довольно резко дёргаю.
