Пятнадцать шагов до холма, который и впрямь мог стать для Мельникова могильным.
Десять шагов...
Игорь затаил дыхание. Жаль, нельзя приподнять голову и хотя бы одним глазком глянуть на обстановку в лагере. Сколько там человек? Может, рассосались?
«Да, блин, азарт сильнее страха». Сейчас Миротворец, на которого если не наступят, то возьмут в кольцо, сравнил себя с гранатой со спиленным замедлителем: отлетит рычаг запала, и сразу же раздастся взрыв. Никаких тебе отсчетов времени, никаких четырех секунд. Одну такую он подбросил подозреваемому в бандитизме чеченцу.
Вскоре по району поползли слухи: мол, подорвал себя, обороняясь от федералов. Героическая личность, что и говорить.
Ну давайте, суки, обходите меня справа или слева. Вот с дерева смотрюсь я неплохо: грудью на «могиле». То ли обнял ее, горюя о давшей дуба подруге, то ли вылез погреться под полуночной луной.
Спокойно, спокойно, не психуй. Они уже в шаге от тебя...
Суки, справа обходят. А я влево смотрю.
Боевики шагали не в ногу. Шелест сухой травы под их шагом походил на поступь медведя: всё же ступали они осторожно.
Но почти вплотную к затаившемуся разведчику. В какой-то миг Мельникову показалось, что они остановились — резко, словно напоролись на невидимую стену. И он инстинктивно еще сильнее сжал рукоятку ножа; когда кончатся патроны, он отбросит бесполезный пистолет, умерит хватку, чтобы доработать клинком в привычной расслабленной манере.
Внутренний таймер спецназовца ворочал цифры. Еще одно мгновение — и пора начинать.
Антон Соколов был родом из Питера. Вот уж где белые ночи! С серебристыми сумерками этого края не сравнить. Хотя сейчас луна позволяла безошибочно ориентироваться на местности; к тому же этот путь был уже знаком Ротвейлеру.
Антон бежал налегке — выкладку и всё лишнее заблаговременно скинул. При себе имел автомат, пистолет и пару ножей, включая НРС — «нож разведчика стреляющий», в торец которого было встроено стреляющее устройство под 7,62-миллиметровый бесшумный патрон СП-4.
Вот и знакомая песчаная грунтовка, ведущая к поселку.
Десять минут бега по ней, и Антон достиг развилки: свернул налево и, ставя ноги «елочкой», легко преодолел семидесятиметровый подъем на высотку, с нее углубился по распашке в ельник. Он шел тем же маршрутом, что и утром. Вот сейчас снова настала пора сворачивать, чтобы перейти «железку» и выйти на автомобильную дорогу.
Шесть километров до «тройки». Всего-то полчаса по прямой, учитывая сходы с дороги при появлении машин.