В синем – ученые и исследователи, а в зеленом – вспомогательный и обслуживающий персонал.
– Вроде бесфракционников?"
"– Нет, – мнется она. – Есть существенная разница: у нас каждый делает все, чтобы поддержать миссию. И усилия сотрудников ценны и важны для нас.
Она говорила правду: люди смотрят на меня. Большинство задерживают на мне взгляды чуть дольше обыкновенного, другие таращатся, не отрываясь, а кое-кто пытается окликать. Я чувствую себя совсем неуютно, как будто не могу идти так, как мне хочется.
– Многие раньше участвовали в эксперименте в Индианаполисе, – это такой город недалеко отсюда, – продолжает Зоя. – Но для них переход сюда был немного легче, чем для вас. В Индианаполисе не было поведенческих стереотипов.
Она ненадолго замолкает.
– Я имею в виду фракции. Несколько поколений после начала эксперимента, Бюро реализовало идею с фракциями и в других городах: Сент-Луисе, Детройте, а также Миннеаполисе, используя население Индианаполиса в качестве контрольной группы.
Бюро проводит эксперименты на Среднем Западе, потому что здесь довольно большие расстояния между городами. На Восточном побережье они гораздо ближе друг к другу.
– Таким образом, в Индианаполисе вы просто исправляли гены и рассовывали дивергентов по разным местам? Без всяких фракций?
– У них тоже была сложная система правил, но по сути, так оно и было.
– И это не сработало?
– Нет, – поджимает она губы. – Генетически поврежденные люди, страдающие от этого и не обученные жить так, как вас учили во фракциях, обычно очень деструктивны.
Эта методика провалилась в течение трех поколений. Чикаго – ваш город – и другие города, в которых существуют фракции, продвинулись куда дальше.
Чикаго… Очень странно, что у места, которое всегда было для меня просто домом, есть какое-то там специальное название. От этого город начинает казаться мне каким-то маленьким и незначительным.
– Значит, вся эта канитель тянется уже очень долго, – подвожу я итог.
– Да, продолжительное время.
Бюро выделяется из ряда других государственных учреждений четко определенной направленностью работы и тем, что она проводится в относительно удаленных местах. Мы передаем свои знания и цели нашим детям, не полагаясь на людей со стороны. В том, что я сейчас делаю, я совершенствовалась всю свою жизнь.
Через широкие окна я вижу странное транспортное средство. Оно сделано в форме птицы, – два крыла и острый нос, – но имеет колеса, как автомобиль.
