Эта штука отличается от пушек, которые были у нас в городе: нет откидывающегося в сторону барабана и совсем другой баланс. Я не знаю, тугой крючок или нет. Что же, так даже лучше: оружие не вызывает у мне никаких воспоминаний и ассоциаций.
Мэтью хватает ртом воздух. Я тоже задыхаюсь и не могу прийти в себя. Следующий коридор пуст, там распростерто неподвижное тело солдата. Это женщина.
– Уже недалеко, – говорит Мэтью.
Я прижимаю палец к его губам, требуя, чтобы он умолк. Мы переходим на шаг, я крепко сжимаю в потных руках выскальзывающий пистолет.
А сколько же в нем патронов? Когда мы проходим мимо трупа, я наклоняюсь к нему, намереваясь поискать оружие. Переворачиваю женщину и обнаруживаю еще один пистолет. Пока я вожусь с телом, Мэтью, не мигая, смотрит на меня.
– Спокойно, Мэтью, сейчас мы с тобой потихоньку пойдем вперед, а рефлексировать будем позже.
Подталкиваю его в спину, и мы продолжаем наш путь. Здесь полутьма, под потолком – путаница балок и труб.
Впереди раздаются отчетливые голоса.
Когда мы подходим к повороту, я прижимаюсь к стене и тихонько заглядываю за угол.
Вижу двойные стеклянные двери, которые выглядят столь массивными и тяжелыми, будто они металлические. За ними – узкий проход, в котором теснятся три человека в черном. Они вооружены. Их лица закрыты темной тканью, блестят только глаза.
Около дверей застыл Дэвид. Он стоит на коленях. К его виску прижат ствол, а по подбородку стекает кровь. Среди захватчиков – девушка в маске. Однако ее выдают темные волосы, собранные в хвост.
Это – Нита.
27. Трис
– Впустите нас внутрь, Дэвид, – приказывает Нита глухим голосом.
– Не думаю, что вы будете стрелять в меня, – неторопливо отвечает Дэвид. – Я единственный в здании, у кого есть необходимая вам информация по сыворотке.
– А мы не собираемся тебя убивать, – подает голос другой человек, – можно и поиграть.
Мужчина переглядывается с Нитой, быстро наводит пушку на ногу Дэвида и нажимает на спусковой крючок. Дэвид воет, и я зажмуриваюсь. Даже если он – один из тех, кто передал Джанин Мэтьюз сыворотку симуляции атаки, я не получаю никакого удовольствия от криков боли.
"
"Смотрю на добытые трофеи и вижу свои побелевшие пальцы. Заставляю себя прогнать все обрывки мыслей, крутящихся у меня в голове, и сосредоточиваюсь на происходящем. Приникаю губами к самому уху Мэтью и шепчу:
– Иди за помощью.
Он кивает и крадется обратно по коридору. К его чести, движется Мэтью уверенно и бесшумно. Вскоре он исчезает.
