За ним сидит молодой человек со светлыми волосами.
– Тобиас, Трис, познакомтесь – мой друг Реджи, – представляет Нита. – Он, кстати, «ГП».
– Приятно познакомиться, – улыбается Реджи.
Он пожимает руки Трис и мне, у него крепкая хватка.
– Давай сначала покажем им слайды, – произносит Нита.
Реджи дотрагивается до экрана компьютера и манит нас к себе.
– Не бойтесь, он вас не укусит.
Мы с Трис переглядываемся и встаем за его спиной. На мониторе появляются фотографии. Они – черно-белые, картинки искажены и размыты.
Мне требуется несколько секунд, чтобы понять, что они представляют собой запечатленные моменты человеческого горя: истощенные, измученные дети, канавы с трупами, горящие дома. Снимки сменяются очень быстро, как страницы книги, перелистываемые ветром. Меня охватывает ужас, и я отворачиваюсь. Мою душу переполняет скорбь.
Вместо экрана я наблюдаю за Трис. Сначала ее лицо спокойное, даже умиротворенное, как будто увиденное не произвело на нее никакого впечатления. Но потом я замечаю, как дрожат ее губы.
Она изо всех сил пытается сдерживаться.
– Гляньте вот сюда, – Реджи показывает пальцем на фото мужчины в форме с какой-то штукой за плечом. – Это и есть оружие, которое использовалось в Войне за Чистоту. Оно – весьма совершенно. Даже Бюро ничего не смогло бы возразить. Древний конфликт, ничего не скажешь. И участвовали в нем чистые ребята, так как никакой генной инженерии еще не существовало.
– Как же можно скрыть существование такой войны? – недоумеваю я.
– Люди изолированы, им есть дело только до хлеба насущного, – говорит Нита спокойно. – Они знают, только то, чему их учат, получают только ту информацию, которая контролируема правительством.
– Хорошо, – кивает Трис, она говорит очень быстро и нервно. – Пусть так, они все врут об этой вашей… о нашей истории. Но это еще не означает, что они – враги, наверное, они дезинформировали людей, пытаясь… сделать мир лучше. Пусть и не вполне удачным способом.
Нита и Реджи переглядываются.
– Ничего подобного, – говорит Нита – они вредят людям.
Она опирается руками о стол, склоняется над ним, придвигаясь к нам ближе. Я вижу, что революционная ярость полностью захватила ее и сделала из нее нечто большее. Перед нами уже не просто молодая женщина и генетически-поврежденная лаборантка.
– Когда альтруисты хотели раскрыть великую истину о мире раньше, чем было предусмотрено, – медленно начинает она, – Джанин решила уничтожить их.
