В луже, словно на листе бумаги, начали появляться буквы: «Шобаке шобачья шмерть».
Потом надпись колыхнулась и исчезла. Будто человеку, написавшему это, что-то не понравилось, и он со злостью стер проклятые буквы.
* * *"
"«Неустрашимые». Странное слово, крутящееся в голове. Паровоз осмотрелся. Эта комната была в его сне. Во сне и… Вова почему-то думал, что он уже был здесь. Как минимум один раз. Он мотнул головой и посмотрел на протянутую в его сторону руку Сергея Львовича. Заметив в ней стакан с самогоном, усмехнулся и принял.
Он не помнил, сколько уже выпито, но спать Паровоз хотел очень. Он бы непременно и уснул, если бы Добряк не начал рассказывать об обитателе этого странного помещения.
– Вот так-то, паря. Значит, электриком в клубе был Сашка Мансур. Он и на фабрике какое-то время трудился. Трудился, хм… Как оказалось, этот на первый взгляд милый человек был жестоким убийцей. Ты ж не думаешь, что этот стульчик, – старик погладил деревянные подлокотники, – для чтения газет?
Монотонный голос Добряка убаюкивал.
Паровоз какое-то время удерживал налитые свинцом веки открытыми, но потом они опустились, и Владимир не смог удержать налетевший на него сон.
– Я туда не пойду… – мальчик лет десяти вырвался и отскочил в сторону.
– Можешь не ходить. – Высокий прыщавый паренек, который только что подпихивал младшего товарища к заброшенному клубу, сделал безразличный вид и добавил: – Ты просто не станешь одним из нас.
Остальные ребята закивали и отошли в сторону, тем самым выказав свое безразличие к происходящему.
Спасение пришло неожиданно.
– Вовка!
Мальчик повернулся. К нему подъехала на велосипеде Ленка из соседнего подъезда.
– Вовка, давай быстро домой. Отец тебя ищет.
– Ребята, давайте в другой раз, – едва скрывая радость, произнес Володя.
– Ну, в другой так в другой, – понимающе кивнул Гришка, самый старший из парней. Мол, порка отца куда как важнее вступления в клуб «Неустрашимых». Гришка знал по себе.
Вова сел на багажник Ленкиного велика, и они покатили с горки.
Всю дорогу до дома он думал о вступлении в клуб. Ему было страшно. Единственным условием для вступления в «Неустрашимые» было посещение «Дома монстров». Но не просто зашел-вышел, а необходимо что-либо вынести оттуда. Хорошо, если ноги свои вынесешь из этого обиталища чудовищ. Придумал незамысловатый ритуал, естественно, Гришка Сычев. Ему было пятнадцать лет, он не боялся «Дома монстров». Хотя как знать. Вова не видел, чтобы Сычев заходил в клуб.
