Самая толстая особь, нареченная по непонятной для меня причине Германом, нервничала, глядя на стол сквозь прутья. Около вожака сидела вся семейка: меланхоличная Анна Ивановна, вертлявая Люся, элегичная Агата и бодрый Филарет.
— Вроде они чем-то недовольны, — пробормотала я.
Маня кивнула.
— Точно, еду ждут. Такие умные, сразу поняли, где миска стоит.
В тот же миг я углядела на краю обеденного стола круглую плошечку с серо-желтыми зернышками и мелко нарубленными кусочками сыра.
— Вы у них стоицизм воспитываете? — удивилась, я. — Положили корм и не даете?
— В жизни мышей должны быть страдания, — бодро отозвался Кеша, — личность, постоянно живущая в покое, быстро умирает. А вот если без конца дергать ее, тогда она протянет три срока.
Я взглянула на Аркашку. Понятно, мне предстоит прокуковать до трехсот лет. Вот почему домочадцы постоянно кричат: «Мама!» Я-то считала, что они просто хотят свалить на меня все заботы, а на самом деле и Маня, и Кеша, и Зайка хлопочут о долголетии Дашутки.
— Не говори глупостей, — закричала Машка, — я дала им таблетки от кишечных паразитов, а после приема таких средств должно пройти полчаса, лишь потом можно харчиться.
Кеша тяжело вздохнул, а Зайка скорчила недовольную гримасу.
— Можно за ужином без рассказа о глистах?
— Так я не о них речь вела, — оживилась Манюня, — в кишечнике грызуна…
— О-о-о… — застонала Ольга. — Маня, заткнись, меня тошнит!
— Я совершенно не… — начала было Машка, но тут дверь распахнулась, и появился Дегтярев, мрачный, словно муж, которому молодая жена во время свадьбы изменила с шафером.
Полковник обвел всех взглядом и плюхнулся за стол.
— Хорошего ужина, конечно, нет, — сердито буркнул он.
— Чайку хочешь? — ласково спросил Кеша.
— Вода не еда, — объявил полковник.
Ольга переглянулась с мужем.
— Возьми сыру, — предложила она Александру Михайловичу.
— Не хочу!
— Тогда салат!
— Трава! Я не кролик! С какой стати вы меня за грызуна держите?! — взвыл полковник.
— Что случилось, — поинтересовался Кеша, — какая муха тебя укусила?
— Укус мухи цеце смертелен, — не к месту сообщила Маня, — но она в нашем климате не водится.
— Тут почище цеце кое-что нашлось, — процедил Дегтярев, потом схватил мисочку с мышиным кормом и начал быстро есть сырно-зерновую смесь.
