— Ну спасибо, — повеселела больная, — приму обязательно. А ваша хозяйка щедрая, платит хорошо?
— Не жалуюсь, — я решила пока не выходить из роли экономки, но все же не удержалась и поинтересовалась:
— Почему вы спросили о щедрости?
— Сумочка у вас как у Сонечки, — улыбнулась Варвара Сергеевна, — знаю, сколько она стоит.
— Это подделка, — быстро сказала я.
— Да ну? Прям как настоящая, — протянула больная, — и еще часики в бриллиантиках. Или они тоже фальшивые?
— Простые стразы.
— А как горят!
— Хорошее качество огранки стекла! Сваровски!
— Сваровски тоже немалых денег стоит, — не сдалась Варвара Сергеевна.
— Вы, Даша, сделайте мне еще одно одолжение.
— Какое?
— Подойдите к шкафу.
Я покорно выполнила просьбу.
— Откройте его, на полке, под бельишком, фотография лежит, гляньте на нее.
Испытывая некоторое неудобство, я поворошила кучку бюстгальтеров, увидела глянцевый снимок, вытащила его на свет божий и уставилась на изображение.
— Узнаете? — спросила Варвара Сергеевна.
Я, оторопев от неожиданности, молча смотрела на снимок. У меня такой же лежит в альбоме. Даже знаю дату, когда было сделано фото: девятое июня. Наш институт праздновал юбилей, сорок лет со дня основания, и по кафедрам ходил фотограф, заглянул он и к нам. Сейчас я любуюсь на своих коллег. Около заведующей сидят Роза Яковлева и Соня Адашева, а я стою в третьем ряду, мое место последнее у батареи, фигуры не видно, но лицо отлично различимо.
— Узнали? — ласково повторила Варвара Сергеевна.
— Вы совсем не изменились. Идите сюда, нам есть о чем потолковать.
Глава 21
— Откуда у вас фотография? — воскликнула я, опускаясь на стул.
— Сонечка принесла, — пояснила Варвара Сергеевна, — она последнее время отчего-то мучилась, говорила: «Не дай бог умру, что с Катей станется?» Прямо извелась вся… Вот и прибежала ко мне. Конечно, я в прислугах служила, полы мыла да туалеты драила, только в их доме с незапамятных времен работала. Мы вместе из Стефановска бежали.
Меня Хасан, отец Зелимхана, вместе с сыном отправил. За верность Сергея отблагодарил.
У меня закружилась голова, ну ничего не понимаю.
А Варвара Сергеевна как ни в чем не бывало продолжала:
— Мать-то у девочек рано умерла, да оно и понятно. Всю жизнь дергалась, от любого звонка в дверь в истерику впадала. Слегка успокоилась, лишь когда в «Ниву» переехали, поселок с хрущевских времен стоит, там раньше были дачи для мелких правительственных чиновников.
