"
"Шест, идущий впереди, опытным глазом выбирал направление и старался подниматься зигзагами. При таком способе ходьбы в горах не так сильно забиваются ноги и сберегается дыхание. Иногда, если склон был слишком крутым, он наклонялся вперед, вставал на четвереньки и быстро полз, взрывая ногами землю и хватаясь руками за траву. Несколько раз он оборачивался и косился на Саида. Но его опасения оказались напрасными. Саид выдерживал сумасшедший темп. Они оба все время посматривали вверх, стремясь поточнее выйти к спускавшемуся парашюту.
О маскировке разведчики не беспокоились. Они знали, что сейчас все внимание людей Абу-Салима приковано к сбитым летчикам и им просто некогда смотреть по сторонам. Тяжело, с хрипом дыша, они хватались за ветки деревьев, помогая себе при подъеме. Несколько раз ветки ломались, и тогда Шест попросту сползал на своего напарника, сопровождая свои неуклюжие действия негромкой отчаянной руганью. В этом случае Саид останавливался, упирался ногами и подставлял свою широкую ладонь под грязные штаны разведчика, задерживая его скольжение вниз.
Сначала Шест безостановочно ругался, но потом замолчал. Больше всего на свете он боялся не успеть.
Мокрые, со сбитым дыханием, они наконец-то выскочили на вершину хребта и остановились, озираясь вокруг. До них донеслись гортанные, визгливые голоса с соседнего холма. Шест посмотрел в бинокль. Между деревьями мелькнуло несколько бегущих фигурок. Вдруг голоса стали громче и тревожней. Количество бегущих между деревьев людей увеличилось.
Шест задрал голову. Ветер внезапно изменил направление (нагретый солнцем сосновый лес, росший на песчаной почве, обычно способствует созданию мощного восходящего потока воздуха) и потащил парашют к вершине, на которую поднялись разведчики. Шест схватил Саида за плечо.
– Есть бог на свете! – прохрипел он, утирая лицо и поправляя грязными исцарапанными руками насквозь промокшую бандану на голове. – Если ветер не изменится… этим сволочам надо еще спуститься в низинку и добраться до нас.
А за это время мы успеем найти парня. Давай за мной! – крикнул он и бросился обратно под гору, на которую они только что забрались с таким трудом. Саид немного задержался. Он прищурился, рассматривая проносимый ветром над хребтом парашют. На голубом фоне неба яркие солнечные лучи хорошо освещали и парашют, и фигуру летчика. Саид сумел разглядеть темные дырки на ткани светлого комбинезона, простреленный купол и даже несколько болтающихся строп, перебитых пулями.
