Тех, кто показывал крепкое тело и выносливость, как Сергей, оставляли для дальнейшего воспитания по пути силы. Позже он узнал, что это так называется — путь силы, развитие физических возможностей до предела. Если же у ребёнка обнаруживались магические способности, его жизнь менялась кардинально: таких детей окружали заботой, учили мягко и внимательно, растили как ценнейший ресурс. Для остальных же, как Сергей, жизнь превращалась в непрерывный круг издевательств, боли и изнурительных тренировок, призванных вытянуть из них всё, что можно, и поднять ранг как можно быстрее.
Иногда, приезжая в особенно убитые сиротские дома, церковники вырезали всех, кто там был, оправдывая это тем, что «такая гниль не должна жить в мире, где есть Эхо». Они сжигали целые приюты только потому, что у них не хватало финансирования. Сергей видел, как дети горели заживо, слышал их крики и понимал, что в глазах церкви эти жизни ничего не значат.
Он помнил девочку лет семи, у которой отсутствовала рука, и на месте плеча медленно гнила рана.
Не было медикаментов, некому было лечить, и она умирала стоя, потому что даже лечь не могла от боли. Церковники отбирали в таких местах самых живых и крепких, покупая их за копейки, которые радовали владельцев. В глазах этих владельцев Сергей видел тех же самых пьянчуг и наркоманов, которых встречал в банде. Он уже научился различать людей — кто живёт честно, а кто гниёт изнутри.
Торговля детьми в таких приютах была нормой. Церковники заезжали и в приличные дома, содержавшиеся аристократами.
Там жили внебрачные дети, рождённые от измен. Матери почти всегда погибали после родов — слишком опасно было допустить, чтобы кто-то узнал о «ублюдке» в роду. В таких приютах дети были сыты и одеты, но Сергей понимал: причина — в финансировании, а не в чьей-то доброте."
"Его, как и других «путей силы», часто отправляли вместе с низшими чинами церкви в такие сиротские дома для поиска и отбора детей. Это было частью его обучения — понимать, как устроена система, кто в ней выживает, а кто обречён.
Он видел слишком многое.
Однажды он стал свидетелем, как в одном из домов мальчик лет десяти замерз насмерть прямо на пороге. Он был наказан за то, что сбежал в город без разрешения — вернулся с пустыми руками и был выгнан в метель. Никто даже не попытался его впустить обратно.
В другом месте он видел, как в темноте маленький мальчик, укрывшись куском мешковины, пытался греть новорождённую сестру своим телом.
