Проведя носом по ее лицу, я вдохнул ее сладкий аромат и заставил себя успокоиться. Ненавижу то, что не буду первым, кто проникнет в нее. Я полон решимости убить гребаного урода, лишившего ее девственности. Но я не злился на нее.
Никогда не буду злиться на нее.
— Я просто хотела хоть раз почувствовать себя нормальной, — добавила она.
Я нежно поцеловал ее в щеку.
— Все в порядке, tesoro. Просто расскажи мне, как это произошло.
Она закусила губу, все еще выглядя так, будто собиралась с силами. Я провел большим пальцем по ее губе, и она глубоко вздохнула.
— Юрий был человеком, которого я знала с юности. Он был на званом обеде, который устраивали мои родители, одном из последних, на котором мне когда-либо разрешили присутствовать, и пригласил меня на свидание. На самом деле он меня не интересовал, но я думала, что он милый, и я просто… Я хотела получить шанс выбраться из дома и не чувствовать себя в ловушке. Мы пошли поужинать, а потом он захотел пойти к своему другу, потому что у них была вечеринка, — она судорожно вздохнула.
— Когда мы туда приехали, дом был переполнен, и все пили. Меня это немного расстроило, поэтому Юрий предложил подняться наверх, где будет тише.
Я прижался лицом к ее шее, сжав челюсти.
— Я хотела взять с собой роллаторы, но он сказал, что можно оставить их. Он понес меня наверх, — в ее голосе послышалась небольшая дрожь, и я прижал ее ближе к груди.
— Когда мы пришли, он положил меня на кровать, и было очевидно, что он хочет заняться сексом. Я не была в этом уверена, но, наверное, мне просто повезло, что он вообще нашел меня привлекательной.
Я не смог сдержать гнева.
— Какого черта? — я обхватил ее лицо обеими руками и пристально посмотрел на нее. — Ты самая великолепная женщина, которую я когда-либо видел.
София моргнула.
— Правда?
— Tesoro mio, как ты вообще можешь такое говорить?
Мое сердце болело, когда я оставлял нежные поцелуи на ее лице. Софию прятали большую часть ее жизни, так что я не должен удивляться, что она не знала, насколько восхитительной она была.
Ее пальцы зарылись в мои волосы, прижимая меня ближе.
— Ты бы не предпочел ту, которая не повреждена? — Ее голос был таким мягким, таким хрупким.
Мышцы моей челюсти сжались. Когда мы впервые встретились, у меня были такие же мысли, как и у нее, но я был не прав.
— В следующий раз, когда ты скажешь о себе что-то негативное, я надеру тебе задницу. Ты чертовски идеальна.
— Ты только что угрожал меня отшлепать? — Она томно дышала.
