– Твою ж мать, – только и ныл в ответ Честер, стискивая зубы.
Вот он и показал свою истинную слабую сторону. Бедненький. Горячим кофе обжегся. Я злорадствовала.
– Мы еще не закончили, – кинул он в последний раз и двинулся в противоположную сторону.
Элиас проводил его сожалеющим взглядом, а затем повернулся ко мне.
Улыбка. Вот что я увидела на его лице в следующую секунду. Ни капли сожаления за пролитый на лучшего друга горячий кофе. Вместо этого что-то вроде улыбки победы застыло на его губах.
– Не за что, – произнес Элиас, поглядывая на свой пустой стаканчик.
Потом поднял взгляд на меня. Черные глаза, в которых отражалась я сама. Улыбнулся шире. – Не за что, восточная красавица.
Затем он развернулся и пошел за Честером.
Я осталась в полном смятении, нахмурившись почти до боли, и пыталась понять, что только что произошло. Элиас Конли пролил горячий кофе на своего друга, чтобы… чтобы я не получила по лицу?
Он… заступился за меня?
Я отрицательно покачала головой. Нет, быть того не может.
Все это случайность. Очевидно же.
– Ламия? – Чей-то голос вырвал меня из мыслей.
Я повернулась и увидела родителей: они ведь должны были прийти к миссис Дейфус сегодня. Настроение упало ниже некуда.
Мама была в своем любимом черном одеянии – очень свободном платье с пришитым к нему хиджабом, прикрывающим ее с головы до ног. Именно такой вид всех и пугает.
Я точно не желала осматриваться и следить за реакцией проходящих мимо школьников. Они наверняка еле сдерживаются, чтобы не пустить какую-нибудь колкость в сторону моей мамы.
Я даже подозреваю, что теперь, после ее эпичного появления в школе, начнут разрастаться куда более громкие обсуждения и сплетни, нежели были до этого.
Разве жизнь может быть еще хуже? Оказывается, может.
Глава 13
Я стояла в коридоре и ждала возвращения родителей.
По ту сторону двери в кабинет директрисы Дейфус слышны были лишь приглушенные голоса. Настолько приглушенные, что я не могла разобрать, кто именно говорил.
Было страшно.
Страх стал одним целым со мной. Ощущение такое, будто я и впрямь провинилась.
Но не воровала же я никакие сережки. Никакого отношения к произошедшему я не имею.
И все же справедливость еще оставалась моей единственной надеждой на счастливый исход.
До конца занятий остался один урок. Затем мне придется идти в кабинет мистера Хэммингса – Элиас с его вечно довольной улыбкой и час подготовки к АСТ.
Поверить не могу, что я реально согласилась на все это.
