Ладонь все еще горела, и я представить себе не могла, каково пришлось Элиасу после такого удара. Было ли ему вообще больно? Хотя бы чуточку. Просто из его поведения можно было сделать совсем другой вывод.
Зато он не стал за мной идти. А значит, пощечина принесла хоть какие-то плоды. Странный путь, ничего не скажешь.
Я открыла свой шкафчик и достала подушку с булавками. Платок вечно сползал, видимо, я плохо его закрепила на этот раз.
– Ламия? – раздалось рядом.
Передо мной стояла непривычно мрачная Руби.
Я закрыла шкафчик, не стала тратить времени даже на то, чтобы окинуть ее взглядом, и пошла вперед.
– Подожди, – попросила она.
Ее чересчур нежный голос все-таки заставил меня остановиться. Но я по-прежнему на нее не смотрела.
– Ты обижаешься, наверное.
Наверное…
– Извини, что я так поступила. Что не вступилась за тебя… Просто… Просто…
– Ты испугалась, – закончила за нее я. – Так и скажи: «Я испугалась этих мажоров. Испугалась того, что они могут сделать что-нибудь и со мной». Но, по правде говоря, сообщать мне это уже не нужно.
Я и так все поняла давным-давно.
Видно было, что Руби стыдно. Она опустила глаза, как провинившийся перед родителями ребенок. Не хватало лишь взять в руку плюшевого Винни-Пуха.
– Ты меня не простишь? – вдруг спросила она.
«Нет», хотелось ответить мне. Считалось ли это предательством? Если да, то это было единственным, что я никогда и ни при каких обстоятельствах не прощала.
А поступок Руби я сочла именно предательством. Может несправедливо, но как есть.
– Слушай, Руби, – начала я, – можешь не пытаться быть хорошей девочкой по отношению ко мне. Мне никто не нужен. Я как-нибудь выживу до окончания школы, а потом никогда вас больше не увижу. И вы меня не увидите больше. Так что можешь расслабиться.
Ответить она не успела, потому что совсем рядом раздался удар о железный шкафчик.
Я автоматически повернула голову.
– Слушай меня, ты, – угрожающе произносил Честер, прижав незнакомую девушку спиной к шкафчикам, – я шутить не буду. Чем ты, черт возьми, занималась все это время, а? То время, которое должна была уделить мне?
Надо было развернуться и пойти прочь.
Ведь это не мое дело. Ведь так они все поступали, когда дело касалось меня.
Зуб за зуб.
Но я не смогла пройти мимо.
– Хэй, у тебя такой принцип – угрожать слабым?
Честер в недоумении повернул голову в мою сторону, а вместе с ним и девушка, которую он продолжал прижимать за шею.
– Что ты сказала? – Он наконец ее отпустил и выпрямился, глядя на меня.
