Сперва я решила, что она говорит не мне.
– Полностью согласна, – ответила кудрявая блондинка. – Как тебя зовут, прости, забыла?
– Ламия, – произнесла за меня Руби.
– Ламия, должна признать, сегодня днем ты произвела фурор. Мы с Джекс в шоке!
Я натянуто улыбнулась. Вместо этого мне хотелось свести брови вместе и в полном недоумении упереться взглядом в их горящие глаза. Они захихикали, как две дурочки, и пошли дальше, в направлении едва переставляющего ноги парня, одетого в куртку с эмблемой школьной баскетбольной команды.
Меня окружала музыка, танцы, веселые голоса, закуски, газировка. Все выглядело не так уж и плохо. По крайней мере, я ожидала худшего.
На вечеринке собрались любители яркой одежды. Я прекрасно помню слова из той записки: «Надевай что-нибудь поярче». Этому правилу последовали все, кроме меня, одетой в мрачное полотно, начиная с головы и заканчивая ногами.
– Восточная красавица все же явилась?
Элиас стоял у меня за спиной. Я обернулась.
Перед мысленным взором тут же возникла сцена из автобуса.
Наверное, поэтому я не испытала резкого всплеска раздражения при виде его. Что-то заставило меня по-дурацки смягчиться.
– А ты чего-то другого ожидал? – спросила я и мысленно себя осадила. Мне приходилось одергивать себя от слов более дерзких, нежели то, что каждый раз выдавал мой рот. Проблем наживать не хотелось, но и молчать я не планировала.
Элиас усмехнулся, будто прочитал мои мысли, и я начала сомневаться, не вслух ли я все это произнесла.
– Нет, – махнул он головой.
– Зная твою безбашенность, я как раз твоего прихода и ожидал.
Его волосы и глаза казались еще более темными в полумраке гостиной, хоть я и считала ранее, что такое невозможно. В воздухе чувствовалось крайнее напряжение. На нем было желтое худи с капюшоном, который он накинул на голову. Теперь он походил на типичного тинейджера, который мог бы выдавать себя за крутого парня.
– Как ты это сделала? – вдруг спросил Элиас после долгой паузы.
– Что сделала?
– Обыграла меня, Элиаса Конли – лучшего скейтбордиста во всем Нью-Йорке.
– Те трюки, что ты мне показал, мог бы выполнить и четырехлетний ребенок.
Он ухмыльнулся. Элиас долго на меня смотрел, пока я боролась с желанием развернуться и пойти прочь, но гордость не позволила.
– С меня выполнение двух твоих желаний, помнишь? Ведь я успел показать тебе только два трюка вместо трех.
Ох, а я и забыла.
– Можешь ничего не делать, – ответила я. – Мне ничего не надо от тебя.
