– Отпущу, но сперва…
Я совсем не ожидала того, что он сделает дальше.
Честер толкнул меня, и я упала на пол, больно ударившись локтем о край парты. Вокруг зашевелились подростки, но не для того, чтобы встать и прекратить происходящее. Они лишь удобнее устроились на стульях.
– Сперва я хочу и сам увидеть, и другим показать, что скрывается под этой одежкой.
Тело сжалось от ужасающего страха и давящей паники. Стало трудно дышать.
Честер прижал меня к полу и навис надо мной, точно туча.
– Ну что, ребята, кто хочет взглянуть на нашу мисс террористку без этих тряпок? Сейчас она предстанет перед вами моделью «Плейбой»[36]!
– Йу-ху-у, класс! – воодушевился Руф, сев ближе.
– Давай, не тяни!
Я не могла поверить в происходящее. Не могла поверить, что меня и в самом деле прижимают к полу и собираются раздеть.
И речь не только о хиджабе.
Меня едва не затошнило от осознания реальности. Я была готова умереть на месте, лишь бы избежать всего этого.
Не может же быть…
Кто-то закрыл дверь, и этот звук отдался в голове глухим и болезненным эхом.
Когда рука Честера дотронулась до кожи на моих запястьях, а потом поползла к шее, я почувствовала себя самым грязным существом на свете. Впервые я ощутила свою беспомощность в полной мере.
Свою слабость, которую упорно скрывала.
Свою никчемность и неспособность за себя постоять.
Какой ужас.
Честер схватил мой хиджаб, а я укусила его за руку, потому что ничего лучше придумать не успела.
– Ай! Черт! – крикнул он, отдернув руку. Я успела заметить небольшой ожог у него на лице и вспомнила, как Элиас вылил на него кофе.
Элиас… Господи, как же я хочу его видеть. Прямо сейчас.
– Отпусти меня, иначе я откушу тебя палец, урод! – крикнула я, всерьез намереваясь исполнить свою угрозу, если понадобится.
– Да? – хохотнул Честер вновь. – Ну давай, киса, откусывай.
Он попытался засунуть палец мне в рот, но я плюнула ему в лицо, что заставило его отвернуться.
Вокруг все по-прежнему с интересом пялились.
Я впервые до конца осознала, с какими чудовищами учусь в одном классе, в одной школе.
Стало тошно."
"Ты можешь находиться в серьезной опасности прямо на глазах у толпы, но никто, абсолютно никто и пальцем не шевельнет, чтобы помочь. Они будут просто смотреть, кто-то даже умудрится наслаждаться зрелищем, для кого-то нечто подобное окажется веселым и интересным, вроде какого-нибудь шоу.
Как же отвратителен и жесток этот мир.
– Отпусти! – кричала я, ненавидя себя за то, что не могла ничего сделать.
