Но, когда Лорен хотела сесть на диван, он быстро схватил ее запястье и усадил к себе на колени.
– Покажи, как ты скучала, – приказал он.
Какой странный тон! Сама не зная почему, Лорен почувствовала, что по позвоночнику бегут тревожные токи. Но все разом исчезло под напором жадных губ Ника. Он целовал ее долго и умело, и Лорен беспомощно сдалась на милость его ласк. Конечно, Ник соскучился! Его пальцы уже расстегивали ее шелковую блузку, тянули вниз лифчик, обнажая грудь. Он заставил ее лечь и накрыл ее полуобнаженное тело своим.
Губы Ника ласкали ее вмиг отяжелевшие груди, возбуждая соски, а рука скользнула под юбку, сдергивая с бедер кружевные трусики.
– Хочешь меня прямо сейчас?
– Да, – прошептала Лорен.
Он запустил руку в ее волосы.
– Тогда открой глазки, дорогая, – мягко велел он. – Хочу убедиться, что ты точно знаешь, что с тобой сейчас я, а не Уитворт!
– Ник! – сдавленно воскликнула Лорен и пронзительно закричала, потому что Ник вскочил на ноги и, вцепившись ей в волосы, резко дернул ее голову вверх.
– Прошу, выслушай меня! – закричала Лорен, до смерти напуганная его мрачной яростью и ненавистью, которая сверкала в его серых глазах. – Я все объясню! Я…
Из ее горла вырвался тихий, отчаянный стон, когда Ник начал таскать ее за волосы.
– Объясни лучше вот это, – приказал он свистящим шепотом.
Лорен в ужасе смотрела на разбросанные по стеклянной столешнице бумаги. Копии четырех предложений, которые она отдала Филиппу; увеличенные черно-белые фотографии, где она стоит, склонившись к окну машины; табличка с регистрационным номером возле заднего бампера «кадиллака» Филиппа и свидетельство о регистрации транспортного средства, выданная в штате Мичиган на имя Филиппа А.
Уитворта, владельца этого самого автомобиля…
– Умоляю, Ник! Я люблю тебя!
– Лорен, – перебил Ник угрожающе мягким тоном. – Ты по-прежнему будешь меня любить, когда через пять лет выйдешь из тюрьмы вместе со своим любовником?
– О-о, Ник, пожалуйста, выслушай меня! – умоляла бедная Лорен.
– Филипп мне не любовник, он мой родственник. Он отправил меня искать место в «Синко», но, клянусь, что никогда ничего ему не сообщала.
Гнев сошел с лица Ника, уступив место холодному презрению, которое испугало Лорен еще сильнее, и ее слова полились бессвязным потоком.
– Он и забыл про меня, пока… пока на встретил нас на балу, где мы танцевали… И теперь решил меня шантажировать.
