Потом он разделся, и она разделась под его жадным взглядом. Когда на полу оказалось кружевное белье, Лорен смело взглянула ему в глаза, стоя перед ним совершенно обнаженной.
С невыразимой нежностью руки Ника обхватили лицо девушки. Пальцы, которые гладили ее нежную кожу, дрожали… Долгие недели Лорен упрямо защищалась и холодно отвергала его; теперь же она сдалась на милость победителя и не скрывала этого. В ее глазах светилась любовь; она не кричала о себе, но была столь сильна, что Ник чувствовал и робость, и гордость.
– Лорен, – сказал Ник, пораженный этими новыми ощущениями в своем сердце, – я тоже люблю тебя."
"В ответ она провела ладонями по груди Ника, обняла его за шею и прижалась всем телом к его обнаженному, напряженному, возбужденному телу, воспламеняя его кровь неукротимым желанием. Сдерживая страсть, Ник наклонился и поцеловал девушку. Ее нежные губы раскрылись, впуская его язык для первой сладкой атаки, отступления… нового яростного нападения. И Ник потерял над собой контроль.
С тихим стоном он опрокинул Лорен на постель, спиной на мягкие подушки; его губы и руки пришли в движение, целуя и лаская ее яростно и настойчиво.
Где-то на грани сознания, в водовороте страсти, Лорен все же поняла, что сегодня Ник любит ее совсем не так, как тогда… В Харбор-Спрингс он управлял ее телом, как опытный музыкант знакомым инструментом – умело, почти не глядя. Сегодня сама нежность управляла движениями его рук, которые ласкали и доводили ее до вершины наслаждения. В Харбор-Спрингс Ник сдерживал свою страсть; сегодня же он отчаянно хотел Лорен – не меньше, чем она его.
Губы и язык Ника ласкали ее груди, дразнили отвердевшие соски, и Лорен лишилась способности мыслить. Ее пальцы запутались в его густых волосах; она прижимала голову Ника к груди, потом стала гладить литые мышцы его рук и плеч.
– Я тебя хочу, – раздался хриплый шепот Ника. – Боже, как я тебя хочу!
Слова страсти воспламенили Лорен, проникли в самую душу. Каждое прикосновение пальцев Ника, его губ и языка позволяло ей воспарить все выше и выше, в прекрасную вселенную, где не существовало ничего, кроме наслаждения, которое дарил ей Ник.
Когда его руки раздвинули ее ноги, Лорен застонала, и ее бедра пришли в движение. Больше сдерживаться Ник не мог. Его губы впились в нее всепоглощающим поцелуем, и она впустила его в свои жаркие глубины.
– Двигайся со мной, любимая, – простонал Ник умоляюще и, когда Лорен подчинилась, он ринулся вперед и вошел в нее.
