И вот добивает меня окончательно: – «Полагают также, что потребность второй души покидать тело и вредить людям не зависит от личной воли Двоедушника, что это происходит, когда наступает определенный момент, и тогда Двоедушник вынужден делать это, иначе он умрет…»
Опять это слово!
Узнать еще десяток причин гибели двоедушников – то есть таких, как я – мешает морщинистая рука, которая накрывает страницу.
– А теперь выслушай меня, мальчик, очень внимательно. Повторять не стану.
И я действительно ловлю каждое слово Наставника.
Потому что чувствую: больше мне никто никогда этого не расскажет.
– Если однажды твоя вторая душа не вернется, ты умрешь. Если он не будет выходить на охоту, ты умрешь. Но как только расплатится за твою жизнь, он покинет тебя навсегда. Будешь жить, как обычный человек…
– М-м, Наставник… – перебиваю я, заранее напрягаясь в ожидании контакта ноги с клюкой. Но старуха меня прощает. Кивает – говори, мол, так и быть. – Он действительно будет… вредить людям? И я не смогу ему помешать?
– Ты задаешь правильные вопросы.
– В подтверждение этого получаю дополнительную порцию приятного лимонно-мятного зелья и кусок пирога впридачу. – Сможешь помешать. И должен, потому что отвечать за него придется тебе, – поясняет старуха, а я вдруг понимаю, что меня больше не напрягает ее невнятная речь. Беспокоит другое. То, что она говорит, не совпадает с тем, как она выглядит. Как будто из старушечьего тела вещает кто-то совсем другой. – Это сложно. Но я научу, – продолжает она тем временем. – Только есть одна вещь, которую ты должен узнать прямо сейчас.
Самая главная. То, с чем придется жить, пока он не расплатится и не уйдет.
Я не позволяю себе подать голос. Просто всем видом демонстрирую, что готов слушать дальше.
– Никакой постели!
Фраза прозвучала старомодно, но я понял, что речь не о подушках с одеялами.
Не то чтобы она меня поразила. Но все же… Никакой постели?
В свои почти семнадцать я не представлял, что такое встречаться с девушкой. «Постель» светила мне разве что в мечтах. В классе имел репутацию дурачка со справочкой.
Никакого интереса со стороны девчонок. Вдруг буйный. Одноклассники не просто по широкой дуге обходили – они меня еще и побаивались.
Все, кроме Лены.
Ее обходили тоже. Просто так, без причины.
С виду не уродина. Даже наоборот. Только когда говорит, ничего непонятно. И все время прячет руки за спину. Но это же не повод…
Лена пришла в наш класс в середине года, и ее просто не приняли.
Мы с ней сидели за последними партами.
