Бензин, подгоревшее масло из чебуречной. Влажный асфальт, женские духи, табачный дым…
Ника с наслаждением втянула этот знакомый воздух. Вслушалась в гул машин и обрывки фраз. Приподняла голову – и сразу опустила. По затылку будто бейсбольной битой огрели. Протянула руку, осторожно запустила пальцы в волосы. Влажно. Липко.
Снег припорошил пальто и джинсы. Волосы, наверное, тоже. Вот почему так холодно.
Надо подниматься.
Ника попыталась перевернуться, чтобы встать на колени. От нестерпимой головной боли у нее потемнело в глазах.
С ногами тоже творилось неладное. Судя по ощущениям, правая лодыжка в два раза толще левой.
Если не встать, то хотя бы сесть…
Она попыталась опереться ладонями о землю, но смогла пошевелить только одной рукой. Вторая оказалась привязана к руке Игни.
Он лежал рядом, на боку, лицом к ней. Прямо под ним, на уровне груди, на идеально ровной снежной глади исходила паром небольшая алая проталина.
Колька сидел неподалеку, свесив голову и поджав под себя ноги. Его голова, плечи и спина побелели от снега.
– Давно я так? – прохрипела Ника.
Мальчишка вскинул голову. Снежная шапка съехала с его макушки и одним комком плюхнулась вниз.
– Всю ночь и еще чуть-чуть.
Прилично…
– А Игни?"
"– Почти столько же. Догнал тебя, привязал, как раньше. Сначала просто сидел, а потом тоже свалился. Ты его моим ножом ранила. И я остался один.
– Я… Ранила… Ничего не помню… Поди сюда. – Ника протянула свободную руку, и он юркнул к ней под локоть. Повозился, устроился поудобней.
– Почему ты не ушел? Мы ведь почти в городе.
– Тебя ждал.
– Ты не пойдешь без меня, а я… – Ника немного сдвинулась, чтобы быть ближе к Игни. – А я не пойду без него. Пускай хотя бы кто-то выживет. Давай это будешь ты.
– Я тебя не брошу, – насупился Колька, и она слегка прижала к себе его худенькое тельце.
– Тогда я обижусь, – сказала Ника нежно. – А когда усну, буду видеть тяжелые сны. Я ведь так и не узнаю, вернулся ты в город или нет. Зато если ты уйдешь сейчас, мне приснится площадь.
Как ты стоишь на остановке, живой и невредимый. Как садишься в маршрутку…
– У меня на маршрутку денег нет, – заметил Колька. – Я на трамвае.
– А на трамвай?
– Вот. – Он вытащил из кармана и гордо продемонстрировал сложенный вдвое ученический проездной.
– Хорошо. – Ника улыбнулась и закрыла глаза. – Значит, трамвай. Это недалеко. Нужно только пройти по улице Костина… – Говорила она неспешно, словно пела колыбельную. И сама мысленно шла знакомым маршрутом.
