Тут такое дело… Я пришел домой всего несколько минут назад и обнаружил на автоответчике тревожное сообщение. Я подумал, что вам следует о нем знать.
– Насколько тревожное?
– Оно от Томаса.
Демарко сел прямо.
– И?
– Сообщение пришло в 16:19. Меня не было дома весь день, и тут такое…
– Что он говорит, Нейтан?
– Подождите секундочку. Я включу вам его.
Щелкнула кнопка. Послышалось приветствие Нейтана. Потом гудок. А за ним хриплый голос Томаса Хьюстона, волнующий и пугающий своей напевной монотонностью:"
"Это было давно, это было давно,В королевстве приморской земли:Там жила и цвела та, что звалась всегдаНазывалася Аннабель-Ли.
Я любил, был любим, мы любили вдвоем.Только этим мы жить и могли.И любовью дыша, были оба детьмиВ королевстве приморской земли.Но любили мы больше, чем любят в любви, —Я и нежная Аннабель-Ли.И, взирая на нас, серафимы небесТой любви нам простить не могли.Оттого и случилось когда-то давно,В королевстве приморской земли, —С неба ветер повеял холодный из туч,Он повеял на Аннабель-Ли;И родные толпою печальной сошлисьИ ее от меня унесли,Чтоб навеки ее положить в саркофаг,В королевстве приморской земли.
Половины такого блаженства узнатьСерафимы в раю не могли, —Оттого и случилось (как ведомо всемВ королевстве приморской земли), —Ветер ночью повеял холодный из тучИ убил мою Аннабель-Ли.Но, любя, мы любили сильней и полнейТех, что старости бремя несли, —Тех, что мудростью нас превзошли, —И ни ангелы неба, ни демоны тьмыРазлучить никогда не могли.
Не могли разлучить мою душу с душойОбольстительной Аннабель-Ли.И всегда луч луны навевает мне сныО пленительной Аннабель-Ли:И зажжется ль звезда, вижу очи всегдаОбольстительной Аннабель-Ли;И с приходом ночи лягу я рядом ней, я все с ней,С незабвенной – с невестой – с любовью моей, —Рядом с ней распростерт я вдали,В саркофаге приморской земли[13].За декламацией стиха последовало молчание, а потом новый гудок просигнализировал об окончании записи.
– Вы хорошо его слышали? – спросил Нейтан.
– Хьюстон зачитал стихотворение, так?
– Да. «Аннабель-Ли», последнее стихотворение Эдгара По.
– Почему он это сделал? Почему Хьюстон позвонил вам только для того, чтобы продекламировать стихотворение?
– Я и сам пытаюсь это понять. Мне кажется, в нем кроется какое-то послание.
Демарко вскочил на ноги. И почему-то взглянул на затуманенную луну.
– Продолжайте, – подбодрил он Нейтана.
– Я думаю, что под Аннабель-Ли подразумевается Клэр, жена Томаса.
