За спиной была стена из дикого камня, справа, через столик, за перилами террасы калилась на солнце велодорожка, а слева, за перилами нежился и искрился в лучах светила океан. Парусиновый тент над террасой давал нежную тень, а с океана нес прохладу легкий бриз.
– Господи! За что ж так хорошо-то! – сказал тихо, будто самому себе, Иван.
– Не расслабляйся давай! – тут же прозвучало у него в левом ухе. Шикарный наушник – микрофон-горошину – им подогнал Санька Абрикос. Небольшая портативная рация лежала у Дикого в заднем кармане брюк, а горошины наушника-микрофона в ухе практически не было видно, да и вставил ее Дикий в левое ухо – то, что со стороны океана.
– Две машины подъехали, левее и правее кафе, а выходить никто не торопится. Ту, что справа, видно плохо, а в левой два чижика сидят, жалами по сторонам ворочают. Конспираторы хреновы.
– Нормуль, Серый! Не могли ж они без разведки сунуться. О, из правой двое вышли, вижу. Ну-ну, посмотрим, как они двух гуляющих метросексуалов изображать будут.
Но вышедшие из машины парни не стали ломать комедию. Они просто зашли в кафе, прошли между столиками через всю террасу к барной стойке, заказали себе пива и сели справа от Ивана. При этом они, совершенно не скрываясь, по пути следования проверили все сканером на предмет прослушивающих устройств. Усевшись, тот, что постарше, достал рацию и что-то в нее буркнул.
– Браво! – опять тихонько проговорил Иван. – Элегантно.
– Да, – согласился Конан, – неожиданно. Но пока все в рамках диспозиции.
О! Грековский «Бентли» едет.
«Бентли» Грека, выехав на велодорожку, подвез своих пассажиров прямо к входу в кафе. Из машины вышел сам Гречихин, одетый в светлую пиджачную пару и рубашку-поло. С другой стороны машины вышел упитанный, среднего роста мужчина лет пятидесяти – пятидесяти пяти, с основательными залысинами на круглой, коротко стриженной русоволосой голове. Одет он был в светлые брюки и темную не по погоде рубашку навыпуск, с длинными, но закатанными по локоть рукавами.
Сопровождал начальство сухощавый, с коротким ежиком русых волос мужчина лет около сорока, в солнцезащитных очках «а-ля Терминатор», в светлых брюках и светлой же рубахе навыпуск, под которой с левой стороны на животе проступала кобура с пистолетом. Был он тоже среднего роста, только движения у него были не вальяжные, как у первых двух, а собранные, лаконичные.
Высадив пассажиров, машина глухо рыкнула и укатилась на стоянку.
