Включив трубку на громкую связь, положил ее на стол. По кабинету поплыли гудки вызова.
– Слушаю, – раздался из трубки мужской голос.
– Что вы хотите? – спросил Безарт.
– Встречи.
– Где?
– Без разницы. Нас будет двое.
– Кафе «Мидия» на Променаде. Сегодня в четырнадцать часов, вас устроит?
– Да.
И на том конце отключили связь. Следом под креслами опять что-то пикнуло.
– Можно вставать, – буркнул Безарт.
Встал сам и, подняв кресло, перевернул и положил его на стол. К царге сиденья скотчем был прикреплен серебристый цилиндрик длиной сантиметров пять и диаметром с полсантиметра.
На один торец цилиндрика был надет другой, чуть потолще, но длиной сантиметра три, из пластмассы. Рядом был приклеен конверт.
– Радиовзрыватель, – сказал Энвер. – Ничего бы не произошло: взрывчатки нет.
– А надо, чтоб была?! – взорвался наконец Цана. – Надо, чтобы здесь, в моем доме, в моем кабинете, где сидим я и мой начальник безопасности, под нашими креслами были не только взрыватели, но и по килограмму тротила?! – Все, что копилось с момента доклада о приключениях младшего сына, вырвалось наконец наружу, усиленное праведным гневом по поводу явного провала службы безопасности.
– Надо, чтобы нас тут к шайтану на куски разорвало?! Кто?! Найди мне этого ублюдка! Найди того, кто это сделал! Иначе я с тебя шкуру спущу!
Энвер еще ни разу не видел шефа в таком гневе. Он понимал, что это его косяк. Что кто-то только что держал в руках их с шефом жизни. Понятно, что этот кто-то не собирался их убивать, а только продемонстрировал свои возможности.
Тем унизительнее все это было.
Безопасник рванул к двери.
– Стоять. – Безарт уже взял себя в руки. – Еще с конвертом не разобрались.
Он достал из кармана складной нож, нажал на кнопку. Из отделанной перламутром рукояти выскользнуло небольшое, сантиметров семь лезвие из дамасской стали. Хорошие ножи – это была слабость Цаны, он их коллекционировал. Но в его коллекцию попадали только те экземпляры, которыми хозяин хотя бы некоторое время пользовался.
Из вскрытого конверта глава диаспоры достал сложенный втрое лист. Развернул и положил на стол.
– Этого засранца ко мне. Сейчас же!
Энвер кивнул головой и вышел. А Безарт продолжал стоять и смотреть на лист бумаги. Там, на распечатке с видеокамеры, что находилась напротив магазина «Рубикон», на фоне размалеванного магазина, на крыльце в позе орла сидел и тужился его младший сын.
