Хоть мы и влезли в бандитские разборки, но влезли только с краю. Чуть помогли, а дальше пусть Вагон сам…
Вагон"
"Вагон поежился на заднем сиденье «Патриота». Коля-Мулат уверенно вел машину по узкой грунтовке. Кусты сменились холмами. Машина шла бодро, слегка укачивало. Перевалили через очередной холм. Справа вдоль дороги показалось стадо свинок. Побежали жрать кого-то. Вот сейчас убьют кого на ранчо у Михалыча, вывези сюда, и свинки не оставят ни кусочка от трупа. Вместе с одеждой сожрут. Вагон поежился. Тонированные стекла подняты, кондиционер включен.
Пыль с дороги не летит в салон. Хоть и тянет холодным воздухом, а Алексею Ваганову все равно душно. Горло сжимает тисками. В груди давит, и хочется курить. Но курить он не будет.
– Если все получится, совсем брошу курить, – вслух вполголоса проговорил вор.
Коля обернулся, но ничего не сказал. Впереди показалась прямая дорога на ранчо. Запросил по рации, ему ответили. Вагон не вникал в разговор. Пистолет, который дал ему Новиков, был весь сырой и скользкий от пота.
Руки вспотели. Пульт лежал рядом на сиденье. Что брать сначала? Пульт или пистолет? Наверное, пульт.
Вот и забор. Ворота. Люди в мультикаме стоят. Михалыча люди. Вагон узнал их. Тот, что пониже и плотный, Егор. А второй, высокий и здоровый, как же его? Просто вылетело из головы. Да и шут с ним, потом вспомнит. Если, конечно, будет это «потом».
Ворота открылись, машина въехала на пустырь. Пауза. Ага, вот он, Пичуга идет. С ним еще несколько человек. Ближе-ближе. Они уже около машины.
Николай напрягся за рулем, не выходит. Ну все, господин вор, ваш выход! Дав мысленно себе сильного пинка под зад, Вагон открыл дверцу салона «Патриота». «Уверенным шагом иду я навстречу мечтам». А какие мечты у вора? Никаких. Еще шаг. Пичуга ствол поднял. Ну стреляй, отважный ты наш, и Вагон поправил взрывчатку на поясе и на груди. Что, остановился?
– Вечер в хату, часик в радость, бродяги! Спокойно, Пичуга, ствол опусти, на кнопку нажму, все перед богом базарить будем. Опустил, мля, сказал! – рявкнул Вагон.
Бандит опустил пистолет и покосился на стоящую рядом братву. Пичуга бледен, но спокоен.
– Отниму у вас пяток минут, а потом откланяюсь. Такие дела, бродяги. Тут все преступники, только одна сучка, так ведь? Че какой-то бледный, Пичуга? Взбляднул? Да-да, ты же знаешь, у меня с волей контакт налажен. Самолеты ко мне как прилетели? Не знаешь? Так я скажу – как. И еще прилетят, и не один. Вчера все как есть обсказал братве Старого света. В гости едут.
