Стало быть, мисс Бриджертон нужен лучший муж, если она не сочла Филиппа достойным даже того, чтобы отказать ему в письме…
Ба- бах!!!"
"Филипп с недоумением посмотрел на потолок. Откуда этот грохот? Несмотря на то что дому уже больше ста лет, он еще очень прочный… Дети, должно быть, уронили (а, скорее всего, нарочно бросили) нечто уж очень тяжелое, если заставили сотрясаться такой мощный потолок!
Ба- бах!!!
Новый грохот был еще громче прежнего. Но почему, собственно, он должен беспокоиться? Что бы там ни вытворяли дети, няня наверняка сейчас с ними, и приструнить их - ее обязанность.
Иначе за что же он ей платит? А он уже через минуту наденет ботинки и выйдет из дома, и совесть его будет чиста, словно он ничего и не слышал - кто сможет сказать, раньше или позже он покинул дом, чем раздался грохот? С глаз долой - из сердца вон!
Никогда еще, наверное, Филипп не надевал ботинки столь быстро. Через минуту он уже сбегал по лестнице словно ошпаренный.
– Сэр Филипп! Сэр Филипп!
Черт побери! Дворецкий! Филипп сделал вид, что не слышит.
– Сэр Филипп!
– Проклятие! - пробормотал он себе под нос. Но не отвечать было невозможно, иначе слуги, чего доброго, решат, что хозяин оглох.
– В чем дело, Ганнинг? - проворчал Филипп, оборачиваясь. - Пожар?
– Вас желает видеть дама, сэр, - кашлянув, проговорил тот.
– Дама? - растерянно повторил Филипп. - Так это она здесь… э-э-э…
–
Грохочет? - пришел ему на помощь Ганнинг.
–
Да.
– Никак нет, это дети, сэр.
– Кто бы сомневался! - фыркнул Филипп. - Кто еще может так грохотать?
– Надеюсь, они ничего не сломали, сэр.
– Хотелось бы надеяться, но это было бы чудом.
– Вас желает видеть дама, сэр, - напомнил дворецкий. Филипп нахмурился. Как ему казалось, он никого сегодня не ждал. Кого еще черт принес в столь ранний час?
Ганнинг попробовал улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.
– Удивлены, сэр? Разве у нас никогда не было посетителей? Ганнинг служил в доме с незапамятных времен - еще
задолго до рождения Филиппа - и привык обращаться с молодым барином почти запанибрата, как и большинство старых дворецких.
Филипп давно привык к этому и уже не тешил себя надеждой что-либо изменить.
– Кто эта дама? - спросил он.
– Не знаю, сэр.
– Не знаете?
– Я не спрашивал, кто она такая, сэр.
– Не кажется ли вам, Ганнинг, что это входит в обязанности дворецкого?
– Спрашивать у гостей, кто они такие?
– Да.
