Да, разумеется, в тот раз, это был полноправный адепт, который мог пользоваться всем доступным арсеналом. Истинными словами, волей, королевством, техниками, энергией и так далее.
Сейчас же перед Хаджаром стоял лишь скелет, который обладал физической силой и крепостью Небесного Императора, не более того.
Но это не значило, что Хаджар мог позволить себе недооценивать противника.
– Я уведу его подальше от колодца, – Хаджар указал на самый дальний края вытянутой площади. – и как только вы окажетесь внутри, я последую за вами.
Мы завалим вход и…
– Нет надобности, – перебил Абрахам. – хиляки не суются в лабиринт.
– В храм они тоже не…
– Храм покинула воля Аксера, – снова не дал договорить Шенси. – но с подземельем что-то другое. Там…
– Он сам поймет, – на этот раз слово перехватил Гай. – если действительно сможет отвлечь этого ублюдка, то поймет и…
– Вы долго еще трепаться будете?! – гневно закричала Иция. – мы тут, в отличии от вас, не видами любуемся!"
"В очередной раз её кнут отправил в полет несколько немертвых, а по лицу Густафа разве что не соленые реки текли.
Пара слезинок сорвалась – это уже точно.
Еще одна причина, по которой мало кто шел по пути лука. Слишком уж расточительно это было для кошелька. Да и сложнее, чем какой либо другой путь развития.
– Я пошел, – и с этими словами Хаджар оттолкнулся от парапета.
На этот раз, не будучи скованным в движениях ношей на плечах, он мог полностью отдаться своему собственному стилю. Стилю Песни Меча Синего Ветра.
Хаджар двигался легко и плавно.
Он взмыл в небо пером птицы; морским бризом. И выполнив изящный, но в то же время, хищный пируэт, крутанувшись вокруг своей оси, использовал эту инерцию чтобы обрушиться на землю яростью молодой бури.
И если бы Тенед была в сознании, ей бы вновь почудился не воин средних лет, покрытый бугрящимися мышцами, испещренными глубокими шрамами, а молодой, приятной наружности юноша. В одеждах, похожих на вечернее небо, с плывущими по ним облаками и мерцающими звездами.
Но на землю обрушилось иное.
Выбивая из земли целый фонтан из щебня и каменной пыли, огромный, широкоплечий воитель взмахнул мечом, начисто срубая шею и голову мертвому коню.
– Я же сказал! – воскликнул Гай. – у них только одно…
Не теряя момента, Хаджар развернулся на пятках и с силой взмахнул ногой. Та выстрелили ничем не хуже стрелы Густафа или кнута Иции. Оставляя в воздухе белесые следы, рассекая воздух, она ударила прямо в броню обезглавленного коня-скелета.
Того буквально смело.
