– Густаф, прикрывай! Иция, удерживай хиляков на расстоянии! Хаджар, ты со своей ношей впереди!
Отряду не пришлось повторять дважды. Пятерка адептов, мгновенно оторвавшись от земли, легкими перышками взмыла в черное небо.
Приземлившись на каменную кладку, они помчались по ней в сторону…
Если честно, Хаджар слабо представлял, куда они бегут. Со всех сторон его окружали развалины, по которыми они, аки зайцы на убое, скакали с одного уступа, на другой.
Мертвые, пусть и лишенные мозгов, как-то смекнули что им делать и градом посыпались на верхний уровень города.
Их с радостью встречали стрелы Густафа, который, наверное, потратил уже больше денег, чем находилось в пространственном кольце Хаджара.
Тем, кому удалось миновать заградительный обстрел, не повезло натолкнуться на кнут Иции. И пусть он не мог повредить броне хиляков, но вполне успешно сбивал их с ног, отправляя обратно вниз."
"В итоге, всего за несколько минут бегства, отряд смог добраться до, как бы банально это не звучало, площади, в центре которой находился полуразрушенный колодец.
– Ох, гниль болотная, – процедил Абрахам так, словно это было какое-то ну очень гнусное, а вовсе не комичное, ругательство. – Ну конечно этот ублюдок будет именно здесь.
В том, что колодец охранял всадник-скелет с палашом в костяных руках, Хаджар не увидел ничего не обычного. А уж спрашивать, в очередной раз, где находился вход в подземелье, было попросту глупо.
Только идиот бы не понял, куда им было надо…
Глава 1286
– Что будем делать? – Хаджар опустился на корточки.
Ему нисколько не мешала принцесса драконов, покоившаяся на плече. Благодаря силе своего тела, он мог бы нести сотню таких и не испытывать ни малейшего неудобства.
Единственное, что беспокоило, выдержит ли их всех развалина, на вершине которой они находились. Насколько сильно магию мертвых ослаблял звездный свет знала, наверное, только Тенед. Но в силу определенных обстоятельств, допроситься до неё было невозможно.
– Старый плут, позволь я поквитаюсь с этой мразью, – процедил Гай сквозь плотно сжатые зубы и провел ладонью по маске.
Что же, теперь было понятно, кто именно заставил секирщика полюбить столь неестественный головной убор.
Гай уже порывался спрыгнуть на площадь, в центре которой гордо стоял всадник, а по кроям, в буквальном смысле, ползали скелеты.
Видит Высокое Небо, это неживая срань, верхом на своем скелете-коне, насмехалась над ними. Она, словно обладая разумом и волей, знала, что именно нужно живым.
