Чтобы, даже если он проиграет в гонке с богами и демонами, то Черный Генерал все равно не достигнет своей цели и не уничтожит Безымянный Мир.
Но еще никогда прежде не случалось того, чтобы первый из Дарханов так свободно и легко демонстрировал свою волю в те моменты, когда Хаджар не был погружен в мир своей души.
– ГАРАХ! – замогильно проревел предводитель мертвых.
Скелет, с огромным палашом в своих костяных руках, восседал на некогда бравом боевом коне. У него, как и у ездока, сверкала в зеленых огнях черненая броня, покрытая жуткими белыми шрамами.
Перед Хаджаром стояло не просто толпа мертвых. Нет. В отличии от того, что поднял своей магией Дерек Степной, это было именно воинство.
Очень древнее.
Куда древнее, чем окружавшие их стены.
И, что-то подсказывало Хаджару, это все было как-то связано с тем Бессмертным, вокруг которого строили свои интриги и боги, и демоны одновременно.
– Проклятье, – еще раз выдохнул Хаджар и привычно крутанул восьмерку клинком. Просто чтобы успокоить нервы.
– И не поспоришь, – поддакнул оказавшийся рядом Гай.
– А ведь все так хорошо начиналось, – покачал головой Абрахам. – и что это хиляков только сюда привело?
– В храме больше нет воли Аксера, – принцесса Тенед, глядя на происходящее, прикрыла рот ладонями. А Хаджар только в этот момент понял, что так и не знает, в чем сила наследницы Белого Дракона и по какой именно стезе Пути Развития та следует. – Он ушел…
И, учитывая, что девушка могла ощущать присутствие воли бога, то… Хаджар, если честно, понятия не имел, что бы это могло значить.
– Демоны преисподней полюбите меня четверо, – высказала Иция. Она раскрутила свой хлыст и тот засиял перламутром. Повеяло мощной аурой стихией воды. Какой бы техникой не владела адепт, та плохо подходила для массовых битв. Скорее для скрытных и незаметных атак, напрямую связанных с ядом.
Так что она сразу минус.
Как и Тенед, которая оставалась своеобразной неизведанной территорией.
Абрахам, со своими кинжалами, тоже не особый помощник в процессе.
– А в какой стороне подземный ход? – спросила Тенед.
– Госпожа Гевена, – Абрахам галантно поклонился. – какая прелестная ночь, не правда ли? Признаться, эти чудные зеленые огни делают цвет вашим волосам и просто невероя…
– Я задала вопрос, Абрахам, – твердым, насквозь приказным тоном, напомнила принцесса.
От отца в ней было больше, чем та могла бы признать.
Абрахам вздохнул и поправил невесть откуда взявшуюся на его голове широкополую, украшенную перьями, шляпу.
