Повернула ключ в замке, оказавшись в спальне, включила ночник в своей безликой комнате и присела на постель, прижав к себе подушку. На душе было тоскливо и тяжело. Жутко муторно. Я не переставала анализировать сегодняшний вечер, вспоминала разговоры и поведение родственников, злилась на себя из-за того, как остро до сих пор реагирую на Федотова, и расстраивалась из-за того, что не смогу через день-два уехать из Москвы. Я ведь уже сдалась, я пообещала остаться, и отказаться от своих слов мне будет крайне трудно.
Для этого придется придумать достойную причину, а у меня такой причины нет. Всё, что бы я ни сказала, всерьёз бабушкой и отцом не воспримется. Потому что меня и мою жизнь они всерьёз не воспринимают. А теперь вот бабушке захотелось устроить мою судьбу… Я уже предчувствую проблемы. Ничего хорошего из её стараний не выйдет.
В какой-то момент ручка на моей двери опустилась, кто-то пожелал войти, но я предусмотрительно заперла дверь на ключ. Я смотрела на ручку, она всего раз дернулась, и всё прекратилось.
Я даже шагов за дверью не слышала, но и без того знала, что за визитер пытался меня посетить. Моё сердце заколотилось, щёки от волнения загорелись, а пальцы нервно вцепились в подушку. Я ничего не могла поделать с собой, реакция была молниеносной. И, конечно, тут же в голову полезли дурные мысли. О том, что, возможно, мне нужно быть более понимающей, более лояльной… Проще нужно быть, чтобы не страдать так и не мучиться, как я. Другая, наверное, не стала бы запирать дверь, ответила бы на звонок, добавила в голос ласки, чтобы дать шанс, хотя бы себе самой.
А я как ёжик. Скрутилась в клубок, выпустила иголки, и страдаю внутри.
– Выспалась?
Это был первый вопрос, который Федотов задал мне утром. Я не выспалась, и проснулась ни свет, ни заря, и была уверена, что успею в одиночестве выпить кофе, чтобы ни с кем из родственников не общаться и ничего не объяснять. Но, как оказалось, Ромка проснулся ещё раньше меня. И когда я вошла в столовую, он уже сидел за столом, перед ноутбуком, а перед ним кофе и тарелка с бутербродами.
Я не ожидала его увидеть, и поэтому буквально споткнулась на пороге. Остановилась, сверля Романа Юрьевича недовольным взглядом. Хотела развернуться и уйти, но решила, что это будет выглядеть чересчур глупо. Поэтому вошла, осторожно приблизилась к столу. А в ответ на вопрос Федотова, соврала:
– Выспалась. Смотрю, ты тоже.
– У меня переговоры, разница во времени четыре часа.
У меня вырвался вздох.
