– Не могу, – ответила я, стараясь не встречаться с Родионом взглядом. И сообщила: – я уже вызвала такси.
– Зачем такси? – услышала я Ромкин голос за своей спиной. – Тебя отвезут.
– Обойдусь, – огрызнулась я, не справившись со злостью.
– Настён, ты какая-то взвинченная. – Отцу пришло в голову обнять меня, и мне пришлось повернуться и позволить ему это сделать. И, конечно же, я встретилась взглядом с Федотовым. Тот смотрел на меня со снисходительностью, словно мне пришло в голову покапризничать.
Я освободилась от объятий отца, через силу тому улыбнулась, и с огромным облегчением вышла за двери дома.
Только закрыв дверь за собой, поняла, что ни с кем не попрощалась. Ни с бабушкой, ни с сестрой, ни с Еленой. Но вернуться было выше моих сил.
Я даже не плакала в тот вечер. У меня было состояние непонятного отупения, я полночи лежала и таращилась в темноту. В душе всё рвалось на мелкие клочки, но я не пролила ни одной слезы. Приехав, отключила телефон, чтобы Федотов не мог позвонить, и теперь просто думала, находясь наедине с собой.
Знала, что он не приедет. Знала, что объяснить, куда он отправляется на ночь глядя от жены и семьи, после долгой разлуки с Альбиной, ему не удастся. До утра он останется в доме Кауто, а я до утра всё решу. В этом я была уверена.
А ещё я была уверена, что моя любовь затоптана, и её уже не отмыть, не отбелить, и той самой, чистой и великой она больше не будет. И всё благодаря Роману Федотову. Я разучилась дышать, я разучилась доверять.
В ту ночь я была уверена, что и любить тоже разучилась, отбили всякое желание.
– А что происходит?
Федотов приехал на следующий день, открыл дверь своим ключом и вошёл. Я знала, что он приедет, я его ждала, и поэтому была готова. К тому моменту, когда он появился в моей квартире, всё было решено. Он опоздал. Федотов опоздал, он уже ничего не мог решить. А ведь я его предупреждала, однажды я ему сказала, что он дождется того момента, когда всё решу я. И он ничего не сможет изменить.
Конечно же, он мне не поверил. Помню, как усмехнулся, как протянул ко мне руку, чтобы погладить по волосам, как маленького, неразумного котенка. А я знала, знала, что случится всё так, как случится. Если он не решит предпринять какие-то шаги.
Он не решился. И вот к чему мы пришли. Когда стоим посреди квартиры, смотрим друг на друга, а изменить уже ничего нельзя.
Ромка обвел глазами собранные кучками вещи – на полу, на диване, книги стопками на подоконнике.
