Фэлтон.
— Имя?
— Астер Вильгельм Блэквуд Третий.
— Возраст?
— Восемнадцать.
— Семейное положение? А, стоп… Извиняюсь.
— Нет, не извиняйтесь. Можете записать. Брошен и одинок. Так что, если снова запрете меня в одиночной камере, позаботьтесь, пожалуйста, чтобы там был телевизор. И «Нетфликс» желательно. Или что там сейчас брошенки смотрят…
— Ты серьезно?
*молчание*
— Итак, Астер Вильгельм Блэквуд, тебе предъяв…
— Третий.
— Что третий?"
"— Блэквуд Третий. Это важно, черт возьми! Если вы не укажете это в протоколе, мой отец будет очень зол, что кто-то прополоскал его имя, и, уж поверьте, сделает все, чтобы вы попрощались с этими чудесными погонами.
— Ты мне угрожаешь?
— Что вы. Я вас почти по-дружески предупреждаю. Вы вроде неплохой мужик. А мы ведь только добра здесь желаем друг другу, верно?
— Так, хватит. Сейчас речь не обо мне, а о случившемся и о людях, которые пострадали.
— Валяйте.
— Почему ты отказался от дачи письменных показаний?
— А мне нечего сказать.
— И ты говоришь, что готов полностью взять вину на себя?
— Да.
*вздох за кадром*
— Ну и друзей моих отпустите. Они ни при чем.
*шепот оператора: «Господи, дурдом, и этот туда же»*
— Хорошо, уводите его! Тебе что-то еще нужно?
— Можно снова одиночную камеру? Она была очень неплоха.
Приложение к делу
Объяснительная
Я, Аст…
А вообще, идите в задницу.
Глава 1,
в которой Логан и Джейкоб встречают ангела, а Астер борется с собственными демонами
За три месяца до этого
Его разбудил треск.
Сиплый и приглушенный звонок прервал сон, и Астер Блэквуд, протянув руку, вытащил телефон из-под подушки. «Я убью его, — подумал он. — Кто же еще может трезвонить в такую рань?» На экране рядом с именем друга светились два слова — сегодняшняя цель: директор Беннет. «Забились», — подумал Астер, планируя доспать, и откинул телефон в сторону. Но не тут-то было — тот зазвонил снова.
— Чего тебе еще, Джейк? — сонно пробормотал Астер в трубку, не открывая глаз и утыкаясь лицом в подушку.
— Ой, только не говори, что все еще в кровати, — хмыкнул Джейкоб. Судя по выдохам и глухому стуку кроссовок об асфальт, он уже был на пробежке.
— Семь тридцать утра, — простонал Астер. — Я в три только домой вернулся. Имей совесть.
— Как тяжела жизнь богемы! — рассмеялся друг.
— Не напоминай. — Астер зажмурился, морщась от головной боли и вчерашних воспоминаний. Они были довольно расплывчатыми.
