Из обуви он остановил выбор на коричневых мартинсах, которые идеально дополняют его образ.
Он убирает руки в карманы, разглядывая меня с ног до головы, как и я разглядывала только что его.
– Красавица. Мама бы гордилась тобой.
Сглатываю ком в горле при упоминании мамы и начинаю часто и коротко моргать, чтобы вновь не дать волю слезам.
– У меня есть кое-что для тебя от нее.
– От нее? – вскидываю бровь.
Папа кивает и парой шагов сокращает расстояние между нами.
– Повернись к зеркалу, – просит он, и я послушно разворачиваюсь.
– Незадолго до своей смерти мама кое-что мне вручила и попросила беречь это до того дня, когда ты наденешь свадебное платье.
По моей щеке все же стекает слеза. Делаю глубокий вдох, наблюдая за тем, как отец достает что-то из кармана. Цепочка из белого золота завораживающе сияет от солнечного света в его руках. Он расправляет ее, и я замечаю какой-то кулон. Когда отец подходит ближе ко мне и раскрывает передо мной цепочку, мое сердце останавливается.
Это чайка. Птица, которая дарует свободу.
С губ срывается всхлип, когда отец застегивает кулон на мне.
– Это свобода.
– Как на моей татуировке, – шепчу. – Но… как?
Отец грустно улыбается.
– Нет, на твоей татуировке чайка падает. А здесь она взлетает ввысь. Все трудности, которые выпадают нам в жизни, приходят не просто так. Ты преодолела их. Ты свободна, принцесса.
В эту же самую секунду я поворачиваюсь к папе и утыкаюсь носом ему в грудь, не в силах остановить рыдания.
Удивительно: многие считают, что брак лишает их свободы.
И я была одной из этих людей. Вот только сейчас я с уверенностью могу сказать, что, решив провести с Эштоном Уильямсом всю свою жизнь, я обрела крылья.
– Не стоило делать этого перед свадьбой, – шепчет он, поглаживая мои волосы. – Теперь тебе придется поправлять макияж.
– Уверена, Эштон будет любить меня, даже если у меня на лице будет аквагрим клоуна.
– Что ж, этот парень нравится мне все больше и больше.
С моих губ срывается смешок, и я отстраняюсь.
– Спасибо, пап.
"
"– Спасибо, что была сильной ради меня. Но больше никогда не пытайся этого делать, ладно? Ты моя маленькая принцесса, Хлоя. И это я должен защищать тебя от целого мира, а не наоборот.
– Не нужно винить себя. Мы уже обсуждали.
– Я тут… поговорил с психологом Эштона и решил, что нам с тобой тоже нужна семейная психотерапия.
Вскидываю бровь.
– Ты не доверяла мне.
– Я защищала тебя. Это мы тоже уже обсуждали.
– Хлоя…
– Пап, я тебя очень люблю.
