– Еще так рано, а они уже промывают мне мозги.
Я сидел на корточках возле входной двери и шнуровал кроссовки, но поднял голову при виде Коннора.
– Кто именно?
Коннор зевнул и обеими руками поскреб черноволосую голову.
– Дорогие мамочка и папочка решили, что хотят получать ежемесячный отчет о моих успехах на курсе экономики.
– Чего ради? – Я зашнуровал вторую кроссовку, потом встал и попрыгал на мысках, чтобы разогреться.
– Хотят убедиться, что я не прогаживаю учебу. Зачем же еще? – Коннор снова душераздирающе зевнул и устало поглядел на меня, щурясь от света.
– Господи, Уэс, еще даже не рассвело.
– Десять миль, в дождь и зной, – ответил я.
– Знаю. Обычно я так рано не просыпаюсь, чтобы стать свидетелем твоих подвигов. От одного взгляда на тебя я чувствую бесконечную усталость.
– Думаю, тут уместно слово «зависть»…
Коннор фыркнул.
– Я серьезно. Мне хана. В математике я полный ноль.
Я прислонился к консоли возле двери и скрестил на груди руки.
– Что именно они сказали?"
"– Сказали, что я должен продемонстрировать «ответственный подход к делу», а еще доказать, что могу применить полученные на курсе экономики знания и что пошел сюда учиться вовсе не потому, что так поступил ты.
– Какой облом.
Он рассмеялся.
– Заткнись.
– Так сделай что требуется, – посоветовал я. – Когда получишь диплом, сможешь использовать приобретенные знания для управления спортбаром.
Привычная ослепительная улыбка Коннора стала кислой.
– И в довершение этого ультиматума они мне все уши прожужжали про то, как Джефферсон собирается закончить Гарвард с отличием.
Как будто я успел об этом забыть, они же постоянно этим хвастаются. Вдобавок он встречается с какой-то светской львицей из Коннектикута. Похоже, дело идет к помолвке.
– Бедняга.
Инстинкт подсказывал мне, что Коннор сумел бы обойтись без родительских денег и при этом стал бы куда счастливее. Я был благодарен за все те случаи, когда Дрейки выручали мою маму из беды, а также же за то, что мы с Коннором живем как короли, в отдельной квартире рядом с территорией универа, а платят за нее опять же Дрейки.
Вот только теперь я чувствовал себя перед ними в неоплатном долгу.
Я подошел к другу и хлопнул его по плечу.
– Ты хочешь остаться в Амхерсте?
– Конечно, хочу, – ответил он, и счастливая улыбка снова озарила его лицо. – Ты же без меня пропадешь.
Я усмехнулся.
– Тогда приложи все усилия. Я тебе помогу, если будет нужно.
– Прямо как в старые добрые времена? – спросил он.
